Книга Королевская кровь. Книга 4, страница 157 – Ирина Котова

Получил ответ от охраны. Люджина Дробжек час назад вышла с территории отеля.

Его изыскания прервал звонок из приемной королевы — он как раз отпаивался кофе и доедал плотный завтрак.

— Ее величество готова принять вас через полчаса, срочно выезжайте, — проговорила в трубку секретарь.

Уже в машине он снова набрал Люджину, послушал гудки — и позвонил домой. Приказал, если она появится, тут же доложить ему. И закрыл глаза. Не было ничего. Ни боли, ни радости, ни запахов, ни растущего, как в прошлую поездку, напряжения в сердце. Только где-то глубоко внутри тлели тревога и стыд, не давая ему потухнуть окончательно.

Царица Иппоталия появилась через несколько минут после его прибытия. Уставшая, потускневшая — и еще прекрасней, чем раньше. Даже не стала садиться. Окинула его внимательным взглядом, нахмурилась — и его просто окатило стыдом. Серые глаза снова видели его насквозь.

За окнами начинался шторм.

— К сожалению, у меня очень мало времени, граф, — сказала она, кривя губы в сердитой улыбке. Царица гневалась — на него? Из-за него? — и море гневалось вместе с ней. — Я получила ответ. Увы, не тот, что вы ждали. Великая мать сказала мне: «Я сделала все, что могла. Пусть идет своим путем и сам ищет решение».

— Благодарю вас, ваше величество, — произнес Игорь, не показывая расстройства. — За то, что не отказали мне.

— Не разочаровывайте меня больше, Игорь Иванович, — строго, очень по-матерински проговорила королева — и будто не она сейчас обращалась к нему, так шумел ее голос, буквально вдавливая его в пол, хлеща почище пощечин. — Вы поняли меня?

Она вышла, не дождавшись ответа.

Игорь склонил голову, посмотрел на свои руки — они дрожали.

— Обещаю, — сказал он закрывшейся двери.

Майло Тандаджи ответил сразу, будто ждал его звонка.

— Отдай приказ по всем телепортам и железнодорожным вокзалам страны, Майло, — распорядился Игорь так, будто все еще был его начальником. — Если появится Дробжек, сообщать напрямую мне.

— Даже не буду спрашивать, что случилось, — сухо сказал тидусс.

— И не стоит, — ровно согласился Стрелковский. — Какие у Дробжек были инструкции помимо сбора сведений обо мне и психологического ведения, Майло?

Тандаджи молчал секунды две.

— Сам-то как думаешь?

Игорь чертыхнулся.

— Морду бить будешь? — поинтересовался начальник разведуправления. — Увы, из Дробжек толкового полевого агента не получится, Игорь. Она непластична в плане методов воздействия. Так что отдельные… инструкции восприняла категорически отрицательно и выполнять отказалась. Или, — в его голосе прозвучала заинтересованность, — не отказалась?

— Ну и сукин же ты сын, Майло, — с сердцем проговорил Стрелковский.

— Твоя школа, Игорь Иванович, — невозмутимо ответил Тандаджи. — Твоя школа. А что с твоим делом?

— Пусто, — коротко ответил Игорь. — Бесполезная поездка. Сегодня же распоряжусь о подготовке визита в Йеллоувинь. И да, Майло, морду я тебе бить не буду. Уже остыл. Но если я еще раз узнаю, что ты хлопочешь обо мне за моей спиной — я просто тебя убью.

Тандаджи издал что-то похожее на ехидное фырканье и повесил трубку.

Ветер гнал по пляжу мокрый песок, переворачивал зонтики, утаскивал грохочущие лежаки. Море бросало на берег тяжелые серые валы — и брызги долетали до дверей дома, в котором собирал вещи Стрелковский. Люджина не возвращалась.