Книга Королевская кровь. Книга 5, страница 187 – Ирина Котова

— Как карты? — поинтересовалась Диана, разглядывая дерево, покрытое снегом.

— Обычная мужская игра, ваше сиятельство, — Люк хмыкнул. — Сегодня я получил куда больше удовольствия.

Она не улыбнулась, пошла дальше.

— И хочу сказать, — перешел он в атаку, — что вы заслуживаете лучшего, княгиня.

— Я живу с тем, что есть, — равнодушно проговорила она. — Не нужно меня жалеть, герцог. Этот брак был нужен отцу, он получил этот брак. Я ожидала взамен получить свободу — но и сейчас мной управляют со всех сторон.

— Но ведь у вас власть, — удивился Кембритч.

Она пожала плечами.

— Власть у тех, у кого сила. Форштадт слишком мал, чтобы диктовать свои условия — а муж привез с собой личную гвардию, посты в армии заменены королем Луциусом на верных людей. Правительство делает мне подачки, когда я начинаю наседать — а мужу управление в принципе не интересно. Де-факто я княгиня без княжества.

— У Лоуренса сильные люди, — согласился он. — Тот же Дьерштелохт. Но я думал, вы относительно независимы от центра.

— Это кажется, — княгиня обернулась, махнула рукой фрейлинам, и те недоуменно остановились… и пошли обратно, прочь от них. — Не хочу лишних ушей, — объяснила она. — Альфред неплох. Он тоже жалеет меня, — добавила она со слабой улыбкой. — Иногда мне кажется… — она осеклась. — Но он полностью предан Лоуренсу. И старшему брату. Тот частенько бывает у нас. И барон ездит в Лаунвайт, как я понимаю, привозит распоряжения мужу от Луциуса. Я в клещах со всех сторон, герцог. Отец подписал договор и не может влиять на политику. Его величество всегда будет на стороне сына. Лоуренсу же не нужно ничего кроме алкоголя и женщин.

— Сочувствую, — проговорил Люк и едва заметно скользнул ладонью ей по локтю.

— Да боги с ним с Лоуренсом, — сердито проговорила Диана, — Форштадт приходит в упадок. Люди нищают, растет преступность. Правительство, чувствуя бесконтрольность, напринимало диких законов. А я люблю эту землю, лорд Лукас.

В ее голосе было столько безнадежности, что даже Кембритча пробрало.

— Неужели, — сказал он тихо, беря ее за руку и сжимая ладонь, — эти пальцы, — он погладил их, — столь ловко управляющиеся с клавишами, способны только на это? А ваша прелестная головка? Вы ведь не чужды импровизации — сегодня я это услышал. Да и вообще, — он усмехнулся, — у женщины куда больше оружия, чем у мужчин.

— Это какого же? — Диана снова зарделась. Но он теперь понимал, не от смущения, нет, и не от возбуждения. С непривычки. Видимо, давно ни с кем не говорила откровенно. И не привыкла ко вниманию.

Он огляделся.

— Какая красивая беседка, княгиня. Закрытая, что немаловажно. У вас ведь не стоят в ней камеры, нет? Покажите мне ее, прошу. А я расскажу вам о вашем оружии.

Внутри она сняла перчатки. Провела рукой по столу. Рыжая, бледная, в синем пальто, прибавляющем ей нездорового вида.

— Слушаю вас, лорд Лукас.

— Слабость, — сказал он, взяв ее руку и поднося к губам. — Слабость — величайшая маскировка, прекрасная Диана. Используйте ее.

— Но как? — растроенно воскликнула она.

— Тссс, — Люк поцеловал ей пальцы. — Хитрость, ваше сиятельство. Шантаж. И упорство. У вас нет армии, — он обнял ее за талию — и Диана смотрела широко открытыми глазами — но у вас есть общественное мнение, боязнь скандалов у великих мира сего и деньги. Вы слабы — это ваше оправдание. Простите себе заранее все — шантаж, подлость, хитрость, угрозы. Кроме крови — не потому, что власть этого не допускает, а потому что вы не убийца, а художник. Используйте все орудия. Оставьте рядом только верных людей, которые умрут за вас — или за деньги, которые вы им платите. И помните — у вас за спиной Форштадт. Который, кроме вас, нужен еще кому?