Книга Королевская кровь. Книга 6, страница 175 – Ирина Котова

Люджина неохотно зашевелилась, повернулась, с трудом приоткрыла сонные глаза.

— Еще? — спросила она удивленно и сладкo потянулась. Игорь хмыкнул.

— Конечно, еще. Но потом. Я в храм собираюсь, Люджина, — он с удовoльствием разглядывал ее налитую белую грудь, опухшие розовые губы и румянец — то ли от сна, то ли от его утренней активности. Беременность сделала ее совсем слабой, и его это отчего-то приводило в восторг: контраст между агентом и бойцом, не уступающей мужчинам — и разнеженной женщиной, греющей его постель.

— Хотите, чтобы я пошла с вами? — она опять потянулась, едва сдержав зевок. — Да что же это такое, — сурово сказала она сама себе. — Этак я и рожу во сне.

— Врач же пообещал, что на четвертом месяце сонливость должна пройти, — напомнил Стрелковский.

— Угу, — пробормотала она и осторожно коснулась его руки, так и лежащей у нее на плече, губами. — И мама говорила, что первые три месяца она тоже спала. У нас точно были медведицы в роду.

— Не удивлюсь, — ответил Стрелковский — и не удержался, коснулся украдкой ее груди. Северянка понимающе усмехнулась — и он тут же захотел остаться. Но строго напомнил себе про храм и поднялся.

— Будьте готовы к моему возвращению, — попросил он. — Я вчера забыл сказать. Звонил Хиль, сообщил, что можно сегодня навестить Полину. А после они с Тарьей ждут нас на обед.

Люджина охотно кивнула — с супругой Свенсена они сдружились, часто созванивались, обсуҗдали таинственные женские дела: вязание, покупки для детей и подготовку к родам, а сам подполковник уже несколько раз зазывал их к себе.

— Через сколько вы вернетесь?

— Через два часа, — он почти с умилением смотрел, как она подтягивает одеяло на плечи, снова закрывает глаза. — Успеете выспаться.

— Угу, — проворчала капитан, снова погружаясь в дрему — и Игорь наклонился, мягко поцеловал ее в лоб и пошел одеваться.

* * *

В Храме всех богов он отстоял всю службу, привычно повторяя заученные наизусть славословия, пoдождал, пока разойдутся прихожане, и последним подошел к Его священству. Склонил голову, пока старик благословлял его, и только потом вопросительно глянул на служителя.

Тот сделал знак подождать — ласково выслушал какую-то подошедшую женщину, затем ещё одну, что-то вполголоса отвечая им — прихожанки отходили успокоенные. Игорь пока помогал братьям приводить храм в порядок после службы, вместе с ними споро разравнивая песок частыми граблями. Εго помнили, приветствовали, обсуждали храмовые дела, и он, вдыхая аромат масел и дымок от курительниц, ощущал себя, будто вернулся в родную большую семью.

— Я подумал над твоим вопросом, брат, — сказал Его Священство, когда они зашли в аскетичный, пахнущий сухими цветами и немного тленом кабинет. — Полистал записи братьев, работавших в больницах.

Игорь почтительно встал у двери, наблюдая, как старенький служитель достает из шкафа стопку потертых, бережно прошитых тетрадей и аккуратно усаживается на стул, просматривает пожелтевшие страницы. После возвращения из Бермонта Стрелковский регулярно бывал в храме — в одно из посещений он и подошел к старику. Покаялся за смерти охраняющих Тарью людей Ольрена Ровента. И попросил о помощи, не вдаваясь в подробности.

— Были случаи чудесных возвращений из комы, — сообщил Εго священство, закрыв тетрадь — и покачал головой, увидев, как в глазах посетителя загорелась надежда. — Их немного, все они задокументированы. Чаще всего тело при этом было уже излечено, и только душа никак не могла снова встать на место. Но случалось и такое, что силой молитвы восстанавливался поврежденный мозг или внутренние органы. Однако… вынуҗден тебя расстроить, брат. Братья, которых отметил Триединый и дал им подобную силу, уже ушли на перерождение.