Книга Королевская кровь. Книга 8, страница 273 – Ирина Котова

Он надеялся, что успеет перетаскать все до утра. Но когда опустил перед замком третий контейнер, заметил, что небо уже начало сереть. И Люк, раздражаясь из-за незавершенного дела (и что греха таить, невозможности поразить Марину мгновенным исполнением ее просьбы), полетел к Третьему форту. Отъедаться, поспать пару часов и дальше впрягаться в нелегкое дело повышения обороноспособности герцогства.

Марина позвонила днем, во время сбора командиров в комендатуре Третьего форта, когда офицеры отчитывались, как проходит мобилизация и обучение новобранцев, а Люк делился очередной идеей - как замедлить продвижение иномирянских тварей. При виде имени супруги на экране Дармоншир так удивился, что замолчал на полуслове.

— Извините, господа, - сказал он, поспешно вставая из-за стола, и, выйдя за дверь, нажал на «ответить».

— Я получила твой подарок, - голос госпожи герцогини был чуть насмешливым, но заметные теплые нотки заставили Люка улыбаться. - Скажи, а снаружи, на контейнерах - что, следы зубов?

— Да, - подтвердил Люк, с удовольствием закуривая. Как мало нужно, чтобы разомлеть - похвала любимой женщины. - Но это не весь подарок. Завтра с утра будет еще.

— Спасибо, Люк, - сказала она серьезно. - Я… оценила это.

— Все для тебя, Марина, - ответил он так же серьезно, как тогда, когда радовал ее фейерверками в небесах Иоаннесбурга. И трудно сказать, когда ее реакция была ему дороже.

Огненная его жена вздохнула и отключилась, а он все стоял и улыбался, как идиот, забыв и о войне, и о совещании, и ждущих за дверью кабинета соратниках.

Следующей ночью лорд Дармоншир первым делом помчался на госпитальный склад за оставленными контейнерами. В небе сияла почти полная луна, и на захваченных территориях все было видно на километры вокруг. Робко светились редкие окошки, словно опасаясь привлечь незваных гостей, шоссе и дороги в городах были занесены грязью, на улицах не видно было людей - и все свидетельствовало о запустении. Он снова опустился на территорию склада, прикидывая, сможет ли за раз утащить оба оставшихся контейнера. Они лежали там, где он их оставил. Здесь как-то странно пахло, и Люк, настороженно поводив клювом из стороны в сторону, подцепил один из контейнеров зубами, второй, извернувшись, зажал между передними лапами - если лететь осторожно, не должен выпасть, - и поднялся в воздух.

Движение он заметил краем глаза, инстинктивно рванулся вбок, разворачиваясь - и чертыхнулся, едва не выронив из клюва добычу. Из-за ангаров в свете луны с гулом поднялось не меньше сотни раньяров со всадниками - и вся эта агрессивная масса метнулась к нему.

Мысли роились в голове, пока Люк несся прочь.

Засада! Видимо, кто-то все-таки заметил его вчера. Или днем обнаружили выломанные двери и решили подкараулить. И разве эти стрекозы не должны ночами спать?..

Контейнеры слишком сильно замедляли движение, не давая ускоряться - он, вылетев за пределы города к лесу, только успел оглянуться, как его настигли иномирянские твари, облепили, вцепляясь в лапы, в горло, в хвост, вгрызаясь в загривок и крылья. Люк взвыл, запоздало вспоминая, что нужно было поставить щит, завертелся в воздухе от боли, изгибаясь и брыкаясь, как дичащийся конь. Его рвали безжалостно, пастями и крючьями на лапах, метили в глаза. У всадников оказались в руках ружья - и его жалило выстрелами. Он заметил в руках одного из нападающих гранатомет, и, не дожидаясь, пока применят и его, выпустил контейнеры и рухнул в лес. Покатился, ломая деревья и сбивая с себя тварей, поднялся и начал отбиваться, рявкая и щелкая челюстями во все стороны. Пусть он был больше сотни таких стрекоз - загрызть его они могли легко.