Книга Королевская кровь. Книга 9, страница 187 – Ирина Котова

— Нам некуда деваться, Геннадий Иванович, — проговорил Байдек, и министр обороны хмуро глотнул кофе.

— Согласен. Распоряжусь, — неохотно отозвался он. — Теперь к ситуации на Севере. Выслушаем доклад генерала Лоджеча.

— Коллеги, — Стрелковский поднял глаза от бумаг, — я прошу две минуты вашего внимания. У меня в руках запрос от Эмиратов. Ваше высочество, вы говорили, что была договоренность с эмиром Тайтаны. Он предлагал военную помощь от всех эмиров Манезии.

— Совершенно верно, — кивнул Байдек.

— Их эскадра подошла к нашей морской границе и ждет разрешения на высадку. Они готовы сразу выдвинуться к Угорью и поступить в распоряжение армейского командования.

* * *

"Пойдем со мной".

Огонь в огне лениво ворочается, меняется, мечется, смотрит тысячей глаз, обнимает тысячей жарких потоков. Гигантская фигура в алой и золотой тьме светится золотом, как и ты сама, и ты зависаешь перед ней в эйфории, чувствуя, как струятся сквозь тело потоки первородной стихии.

Дошла.

Ты двигалась вниз, в раскаленные недра Туры, целую вечность, почти потеряв себя. Забыв, как пахнут твои дети. Как ярки цветы летом, как сладок поцелуй мужа и крепки его руки, как ощущается ток воды и земля под ногами, как овевает лицо ветер. Почти потеряв себя, много раз переходя от отчаяния к яростной решимости и обратно, задыхаясь от одиночества и страха умереть — но ты все-таки здесь.

"Маленькая огонек. Смертная дочь Отца. Ты пришла".

Голос огня как вибрация, что сотрясает тело, заставляет распадаться на частицы и вновь собираться. Голос огня как ласковое поглаживание матери. Как объятия отца, которого ты почти не знала.

"Ты звал, и я не смогла не прийти. Но мне страшно здесь. Так страшно".

"Не бойся, — рокочет он ласково. — Здесь нет тебе зла".

Ты сама растворена в огне, потеряна во времени и пространстве. И тело — золотое пламя, и мысли — алые всполохи энергии.

"Зачем ты звал?"

Алое марево волнуется, скручивая чудовищным давлением и снова отпуская. Тягучая стихия, опасная, горячая. Столько силы, что не выдержать. И все же ты выдержала. Спустилась вниз, в пылающую плотную тьму, ощущаемую алой и золотой, нашла того, кто звал, кто может помочь.

"Я слабею. Все вокруг слабеет. Без тебя мне не выбраться наверх, огонек".

"Что мне сделать?"

Огромный пламенный зверь облетает ее — огонь в огне, сжатая живая стихия в бушующей стихии.

"У тебя вкусная кровь".

"Я дам тебе столько крови, сколько захочешь".

"Не обещай так, — вдруг буйно ревет пламя, ощериваясь тысячами оскалов. — Не искушай взять твою жизнь"

"Но ты же не возьмешь?"

Зверь взмахивает гигантскими крыльями, и ты вдруг понимаешь, как он одинок. Ты никак не можешь понять, на кого он похож — потому что облик его постоянно меняется.

"Ты первая, кто пришел сюда, ко мне. Я бы хотел, чтобы ты осталась".

"Мне тут тяжело, — объясняешь ты, разводя пылающими золотом руками. — Я слишком слаба для такой глубины".

Пламя тяжело вздыхает. Пламя плачет горючими жаркими слезами — и ты протягиваешь руку и гладишь его морду, похожую сейчас на морду гигантского быка с огненной гривой. Одна ноздря этого быка больше тебя в десятки раз.

"Я знаю, маленькая огонек".

"У меня наверху дом и семья. Дети. Я скучаю по ним".

"Я не заберу тебя, — вибрирует стихия. — Не бойся. Здесь нет тебе зла".