Книга Королевская кровь. Книга 9, страница 189 – Ирина Котова

Во второй половине дня, во время короткой передышки между процедурами, меня вновь накрыли дурнота и слабость — в ушах зашумело, я кое-как успела прислониться спиной к прохладной плитке стены и сползла на пол. Очнулась от запаха нашатыря — обеспокоенная вторая медсестра, с которой мы проводили процедуры, склонилась надо мной и звала по имени.

— Все в порядке, — сказала я хрипло, когда она помогла мне подняться. Голова кружилась, к горлу подкатила желчь. — С утра не поела просто. Подмените меня, Нелл? Я на десять минут в столовую схожу.

— Конечно, — кивнула пожилая медсестра. У Нелл муж тоже воевал на фортах, дети уехали в Пески. Звали ее с собой, но она осталась работать в госпитале. "Хочу быть здесь, если привезут моего героя", — говорила она со смешком. Но в глазах ее тоже был страх.

По пути я зашла в служебную уборную — умыться холодной водой, потому что в глазах опять темнело, — но, когда склонилась над раковиной, меня вырвало. Я плескала в лицо воду, полоскала рот, но меня все скручивало, пока не закаменел живот, а я не расплакалась, — и только тогда захолодел брачный браслет и мне полегчало.

"Потому что нужно есть, Марина, и начать уже ответственно относиться к своему здоровью. Ради ребенка. Здесь тебе никто об обеде напоминать не будет".

Я вытерла слезы и слабо улыбнулась себе в зеркало. Еще и трех месяцев не беременна, а мысли об ответственности приходят чаще, чем за всю прошедшую жизнь. Если так пойдет, я точно стану правильнее Ангелины и чувствительнее Васи.

"Ты сама-то в это веришь?"

Я покрутила красным опухшим носом, скептически глянула на себя в зеркало и хмыкнула. Когда рожу, обязательно набью себе под сердцем имя ребенка, чтобы помнить обо всем, что происходило, когда я носила его.

"Обязательно, — с интонацией психиатра вторил мне внутренний голос. — А сейчас — есть"

Когда я вернулась из столовой, мое улучшившееся настроение снова померкло: у входа в процедурную обнаружились не только ожидающие перевязок и уколов больные, но и три гостьи. Рыжие, модно одетые, благоухающие дорогими духами, неуместными в пропахшем лекарствами коридоре. Это были супруга бывшего мэра госпожа Фемминс, стройная и очень ухоженная, промокающая сухие глаза платочком, и ее дочери шестнадцати и семнадцати лет — они были представлены мне во время первого визита. Я прошла бы мимо — но жена Фемминса, увидев меня, заломила руки, протянула их ко мне и на глазах у врачей и больных упала на колени.

— Ваша светлость, — возопила она. Из глаз ее, как по команде, потекли слезы. — Прошу вас, помилуйте моего бедного мужа. Он умрет в тюрьме, а мы будем разорены. У нас сегодня арестовали все имущество. Оставили только дом.

Я отстраненно подумала, что Леймин быстро взялся за дело.

— Девочки, ну же, просите госпожу герцогиню за отца.

Дочери ее тоже опустились на плитку пола, краснея и пряча глаза от унижения и неловкости. Мне тоже было противно и неловко — и в груди снова заворочалась злость.

Возможно, я бы сказала просительницам что-то совсем не светское, но тут дверь в процедурную распахнулась и в проеме показалась Нелл.

— Ох ты ж Матушка Богиня, — проворчала она недовольно и сочувственно посмотрела на меня. — Следующий.

К процедурной на костылях попрыгал больной, и создавшейся паузы хватило, чтобы я сумела проглотить резкие слова. Это стоило таких усилий, что Ангелина бы точно гордилась мной.