Книга Любовь и прочие проклятья, страница 108 – Ирина Котова, Анастасия Мамонкина, Татьяна Гуркало, и др.

И нет, дело вовсе не в той силе, о которой все сразу думают. Не в силе зверя, иначе суслики, скворцы и прочая мелочь главами бы не становились. И даже не в силе магического источника. Дело в воле, в способности принимать решения и отвечать за них, в способности взять на себя ответственность сразу за всех и выдержать это.

В общем, Вирта всегда была из тех девушек, которым именно главы и нравились, вот такая вот сила ей нравилась, и что хочешь, то и делай. Отец, поняв, что дочка не перерастет желание хвостиком носиться за Лорки Рыжиком, от греха подальше отослал ее учиться в лучшую школу королевства, по совместительству (совпадение, не иначе!) находившуюся одинаково далеко от любого клана оборотней. Наверное, подумал, что там она со своими инстинктами, требовавшими забрать себе самого сильного мужчину, как-то справится, сумеет перерасти в отсутствие раздражителей.

И да, Вирте было сложно. Сначала она грустила. Потом грубила. Потом писала отцу письма, в которых высказывала обиду. А потом неожиданно для самой себя увлеклась природной магией (и это с явно огненным направлением дара) и стала преодолевать трудности, которые поджидали на избранном пути. Трудностей было много, и почти два года увлеченная девушка вообще никого вокруг не замечала. Злость она срывала на засохшем дереве, которое садовник никак не мог собраться спилить. Радости праздновала с соседкой по комнате, старшекурсницей и тоже оборотнем, которая понимала Вирту гораздо лучше, чем великое множество других знакомых.

А потом пришел тот день – садовник вспомнил про сухое дерево, походил вокруг него, удивляясь следам когтей какого-то большого животного, и занялся превращением этого дерева в дрова.

А еще соседка взялась за написание дипломного проекта, и Вирта наконец сообразила, что та здесь последний год. И что два следующих года придется жить без нее. А еще без полезного для нервов и инстинктов дерева.

И нет, грустить Вирта не стала. Она стала решать проблемы. Огляделась и попыталась сблизиться с одногруппниками, чтобы хоть в кабак было с кем сходить. И бревно себе подыскала, решив установить эту когтеточку прямо в комнате.

В общем, с бревна все и началось. Точнее, с не вовремя разрядившегося амулета, делавшего это бревно легким. Без амулета Вирта никуда бы его не дотащила, с левитацией у нее были стандартные для огневиков проблемы, а облегчать вещи без амулетов вообще умели единицы, да и те – гениальные.

Над своей будущей когтеточкой Вирта стояла прямо посреди тропы в саду. Поздно ночью стояла – потащи она это бревно в общежитие днем, комендантша точно бы не оценила. Стояла и вяло думала, кого бы позвать на помощь и что ей на эти призывы ответят. Тем временем на тропе появился парень, прижимавший к боку позвякивавшую сумку и явно не ожидавший увидеть столь занятную картину. Ага, у него были свои проблемы, он проспорил и теперь был вынужден принести в школу вино.

И что этот парень сделал?

А он решил помочь. Не в обмен на поход в кофейню. Не для того, чтобы по дороге рассказать обо всех своих достоинствах. Он решил помочь, потому что мог. Все.

И дремавшей в Вирте кошке он настолько понравился, что она встрепенулась, взбодрилась и приготовилась бежать за ним, потому что учуяла ту самую силу. Вирта ее еле одернула.