Книга Любовь и прочие проклятья, страница 116 – Ирина Котова, Анастасия Мамонкина, Татьяна Гуркало, и др.

— Хочешь сказать, что я дура?! – зло спросила Лунимина.

— Да. Ты дура. Которая не учитывает, что Витар знает вас как облупленных. И что он понимает, что вами всеми движет.

— Пхы! – высказалась что об обортнихе, что о ее воробье Лунимина и отвернулась к сорнякам.

Пускай эта кошка саму себя речами развлекает. Слишком много чести ее слушать.

Впрочем, как ее поставить на место, Лунимина уже придумала. И ее. И воробья. Пускай побегают, докажут свой ум. Маги же не любят, когда их допрашивают с камнем правды. Вот пускай и пообщаются.

— Как все запущено, – проворчала Вирта. – Так, первая красавица, постарайся понять и запомнить. Уймись. Витару ты не нравишься. И девушки с палками тебе тут точно не помогут. Впрочем, как и пирожки. И не подслушивай больше, а то онемение лет на пятнадцать наложу, чтобы потом ничего наболтать не смогла. Я умею.

Лунимина отвечать не стала. Она планировала страшную месть. И была уверена, что эта мерзкая обортниха еще пожалеет. И, может, даже догадается, кто ей это веселье устроил.

Возомнила о себе.

А Вирта покачала головой и ушла.

Похоже, бывают совсем безнадежные случаи. И ведь даже не понимает, что мир не имеет дурной привычки подстраиваться под малейшее желание разных доморощенных интриганок. И не желает понять.

— Легко ей, наверное, живется, – пробормотала Вирта.

Вот она о разнообразии мира знала много. И училась усмирять желания, не поддаваться им в тот же момент, чтобы не попасть в неприятности, не выглядеть в чьих-то глазах дурой, девушкой с большими странностями или… да, гулящей особой.

У оборотней все гораздо проще, чем у прочих людей королевства. И понятнее. Почти нет надуманных запретов. И никто ничего нехорошего не подумает, если ты ему скажешь прямо, не ходя кругами, принюхиваясь, стараясь уловить малейший оттенок заинтересованности. Вирта иногда не понимала, как люди не вымерли с таким отношением к такой простой вещи. И нет, среди людей тоже бывают девушки, которым просто нравятся мужчины, ага, те самые, гулящие, иногда сознательно идущие работать в веселый дом, иногда старающиеся чем-то прикрыть свою натуру, например престарелым мужем, а потом и статусом вдовы, с которым можно немного больше. Ну, а среди оборотней бывают те, которым мужчины совсем не нравятся, и максимум чего они от них захотят, это ребенка. Но и тут у оборотней все честнее, никто не заставит потом этого несчастного мужчину жить с женщиной, которой он не нужен. И женщина не будет делать скорбное лицо, жаловаться на судьбу и обвинять несчастного в неверности, подчеркивая свою добродетель.

В общем, у людей все сложно.

А уж как сложно было у самой Вирты с одним парнем, вместе с его несерьезными веснушками и улыбками, из-за которых вообще ничего не было понятно. Как же он ее временами злил. Как вообще может не злить мужчина, если точно знаешь, как давно он смотрит вслед с определенным желанием, но у него же ритуалы и традиции в отношении честной девушки. А ее он считает честной. Поэтому будет медленно суживать круги и стараться не обидеть.

А Вирта не была уверена, что не обидит его, если возьмет и одним махом все его мнимые препятствия на пути в девичью постель сомнет и растопчет. Потому что у Витара принципы, и они часть его характера и, по сути, его силы.