Книга Преисподняя, страница 119 – Елена Амеличева

— Да. – Кузнец замер. – Их всех перебили в тот день. Поле было скользким от крови. Она стекала на рощи лкеса – они как раз цвели тогда. Боль и ненависть впитывал лкеса, пока стервятники освобождали кости от плоти. Когда же в долине остались лишь скелеты, привыкший к кровавому пиршеству лкеса познал Голод. И родилось кровожадное чудовище – ольбб.То самое, что мне пришлось выжечь с кладбища Владык суши. При одном воспоминании волоски на всех местах дыбом встают. Я вздрогнула, но стоящий сзади Драган сжал обжигающее стальное кольцо вокруг моей талии, и дурман воспоминаний рассеялся.

— Оставшиеся в живых Владыки ушли из этого мира. Мой народ остался без защитников. Мы были как кусочек пищи, застрявший между зубами демонов. Айки, слуги Владык воды, отказались воевать. Часть моего народа тоже, они стали странниками, мы зовем их дюббуки. Я возглавил Сопротивление. Обе стороны несли потери. А потом… Я ошибся. – Взгляд кузнеца наполнился болью. – Они обманули нас. Мне пришлось навсегда усвоить – у демона лживый язык!

Я вздрогнула. Эта фраза аукнулась глубоко внутри.

— Помню, как они падали – все, с кем я рос, мужал и мечтал, один за другим они падали, чтобы умереть в мучениях. Реки крови. Этот запах… он снится мне каждую ночь. И каждое утро я просыпаюсь с этим вкусом во рту – их крови. – Мужчина голой рукой зачерпнул горсть раскаленной магмы. – Никакая боль не может быть сильнее, чем та, что я пережил тогда. – В его глазах бесновались не только отсветы огня, но и та ненависть, которой он жил столько лет, закаляясь, как тот металл, что ковал. – Мы молили демонов отдать нам умерших в битве. Не отдали. Теперь они скитаются в геенне. Тысячи душ, жаждущих отмщения и покоя. Армия возмездия. Ты выпустишь их, Ангел.

— Я?.. – сквозь всхлип удалось прошептать мне.

— Долго не понимал, почему я выжил. Именно я. Почему не другой, более достойный? Потом понял – чтобы увидеть, как последний демон покинет мой мир. Навсегда! – кузнец посмотрел на ладонь, с которой пластами сходила плоть, с мягкими шлепками падая в магму. – До того времени мне не будет покоя. Лишь это, – он обвел взглядом кузницу, – дарует успокоение. Свою боль и ненависть я переплавил в оружие и доспехи. Для отмщения демонам. – Словно очнувшись, Гефест взял остывший кругляшок с ручкой, поднес его к магме, а потом положил на наковальню и вытянул из размягченного металла еще два хвостика. – Но пока Падшим противостоит лишь геенна.

Я открыла рот, чтобы спросить, но вибриссы обрушили на меня водопад картинок. Город с изящными постройками, словно игрушечный, и абсолютно пустой – мы с Аспидом пролетали над ним. Рядом полуразрушенный мост, под которым бушевала магма, вышедшая на поверхность. Ее щупальца жадно тянулись к домам.

Другой город – ощущение, будто его исхлестали бичом из магмы – полуразрушенные дома, площади и улицы покрыты застывшими подтеками лавы, и по периметру он словно подпоясан широким магмовым поясом, который все еще злобно надувается красными пузырями.

Лужа магмы в низине, похожая на гноящуюся рану. Плети этого огненного тягучего озера тянулись вверх по склонам, словно не считали гравитацию помехой. Флегетон, бурлящий темный поток, с грохотом несущий расплавленную породу по поверхности.

Демон–проводник из кожи вон лез, уговаривая меня не ходить к своенравной реке. Но я подошла к небольшому алому озерцу, что злобно булькало и пузырилось, длинное щупальце, скользнув вверх по берегу, быстро обвило мою ладонь, и огненный хвостик легонько лизнул запястье. Едва ощутимое касание, и на запястье остался едва заметный оранжевый язычок огня, как маленькая красивая татуировка.