Книга Оракул с Уолл-стрит 3, страница 55 – Алим Тыналин

Поднявшись в номер, действительно впечатляющее пространство с отдельной гостиной и видом на главную площадь города, я расположился в кресле у окна. Акрон раскинулся подо мной, мерцая огнями и скрывая за фасадами респектабельности индустриальную мощь, которая вскоре станет частью моих инвестиционных планов.

Завтра предстоял важный разговор с Милнером. А пока город засыпал, и лишь отдаленный гудок заводской сирены напоминал о том, что даже ночью промышленное сердце Акрона не останавливается.

Утренний Акрон предстал перед нами во всей своей индустриальной мощи.

Солнце только поднималось над горизонтом, прорезая лучами легкую дымку, висевшую над городом, смесь утреннего тумана и выбросов десятков заводских труб. Этот характерный запах, резины, угля и каких-то химических соединений, был отличительной чертой индустриальных центров Америки.

Автомобиль, присланный Милнером, плавно катился по широким улицам города. Мы с О’Мэлли смотрели в окно, наблюдая, как Акрон просыпается.

Рабочие с металлическими коробками для завтрака спешили к проходным фабрик, женщины открывали небольшие магазинчики, мальчишки-газетчики выкрикивали заголовки утренних газет.

— Никогда не думал, что буду в Акроне, — негромко произнес О’Мэлли, рассматривая проплывающие за окном картины. — В Чикаго о нем говорили как о городе, где деньги сами в руки идут.

— Сами в руки деньги не идут нигде, Патрик, — ответил я. — Но здесь они определенно концентрируются.

Milner Rubber Works занимал целый квартал на восточной окраине города. Внушительное кирпичное здание главного корпуса с высокими окнами и рядом труб на крыше производило впечатление мощной крепости индустриальной эпохи.

Перед основным входом расстилался небольшой, но ухоженный газон, неожиданный островок зелени посреди фабричного пейзажа. Огромные буквы «MRW» на фронтоне словно провозглашали новую аристократию, промышленную, основанную не на происхождении, а на созидательном труде.

Я поправил галстук и проверил содержимое портфеля. План презентации готов до мельчайших деталей.

Сегодня важный день, возможно, поворотный в выстраиваемой мной сети связей. Милнер не просто миллионер, он человек, который знает цену деньгам и обладает редким чутьем на опасность.

Когда машина остановилась у главных ворот, я увидел самого Говарда Милнера, ожидавшего нас. Он стоял, широко расставив ноги, засунув большие пальцы за жилет. Классическая поза человека, твердо стоящего на земле, которую он считает своей.

— Пойдем, Патрик, — я кивнул О’Мэлли. — Милнер не из тех, кто любит ждать.

Мы вышли из автомобиля, и утренний воздух, наполненный промышленными ароматами, обволок нас. Где-то вдалеке раздался заводской гудок.

— Стерлинг! — голос Милнера, громкий и уверенный, перекрыл шум прибывающих на работу сотрудников. — Наконец-то, вы приехали. Это я ценю.

Он энергично пожал мою руку. Затем повернулся к О’Мэлли:

— А вы, должно быть, тот самый помощник, о котором говорил Харрисон. — Рукопожатие. — Крепкий хват. Боксер, верно?

О’Мэлли кивнул с легкой улыбкой:

— Угадали, сэр.

Милнер оглядел нас обоих и жестом пригласил следовать за ним:

— Прежде чем мы перейдем к вашему знаменитому плану, хочу показать вам то, что построил своими руками. — Он обвел рукой панораму завода. — Двадцать шесть лет назад на этом месте было пустое поле и сарай с двумя старыми прессами. А сегодня здесь работает две тысячи человек.