Книга Оракул с Уолл-стрит 3, страница 56 – Алим Тыналин

В его голосе звучала неприкрытая гордость, и я понимал почему.

То, что создал Милнер, было настоящим американским чудом. Взлет от простого рабочего до промышленного магната за одно поколение. В моем времени подобные истории уже казались легендами, но здесь, в Америке 1920-х, они все еще случались.

— Впечатляюще, — искренне заметил я. — Особенно ваши новые цеха. Они построены по принципу конвейера Форда?

Милнер бросил на меня внимательный взгляд:

— А вы хорошо осведомлены, Стерлинг. Да, два восточных корпуса спроектированы под конвейерную систему. Год назад нанял двух инженеров прямо из Детройта. — Он остановился и посмотрел на меня с новым интересом. — Но как финансист с Уолл-стрит заметил такие технические детали?

— Я верю, что настоящее понимание бизнеса невозможно без знания его технической стороны, — ответил я. — Акция это не просто цифра на тикере. За ней стоят люди, машины, процессы…

— Черт возьми! — Милнер хлопнул меня по плечу с такой силой, что я едва удержал равновесие. — Если бы все брокеры думали как вы, Стерлинг, наша страна была бы в гораздо лучшем положении.

Мы прошли через главные ворота мимо охранников, почтительно приветствующих Милнера. Во дворе стояла группа хорошо одетых мужчин, явно руководящий состав компании.

— Позвольте представить вам мою команду, — сказал Милнер, подводя нас к ним. — Джеймс Уилсон, технический директор. Роберт Финч, финансовый директор. Доктор Эдвард Фелпс, глава исследовательского отдела. И мой сын, Говард-младший, учится бизнесу с самых основ.

Говард-младший, молодой человек лет двадцати пяти, был одет не в костюм, как остальные, а в рабочий комбинезон, испачканный маслом и резиновой пылью. Он выглядел смущенным, но его рукопожатие было твердым.

— Отец заставляет меня начинать с цехов, — пояснил он с добродушной улыбкой. — Говорит, нельзя руководить тем, чего не понимаешь изнутри.

— Мудрый подход, — кивнул я. — Точно так же, как инвестор должен понимать компанию, в которую вкладывает деньги.

Финансовый директор, худощавый мужчина с проницательными глазами, изучал меня с профессиональной настороженностью. Это понятно, в конце концов, я представлял потенциальную угрозу его авторитету в финансовых вопросах.

— Итак, джентльмены, — Милнер потер руки. — Предлагаю начать экскурсию с главного производственного цеха. А затем перейдем к презентации мистера Стерлинга. Должен сказать, — он повернулся к своим сотрудникам, — то, что предлагает наш молодой друг, весьма отличается от того, что рекомендуют большинство финансистов в наши дни.

Мы направились к массивным дверям главного цеха. Когда мы вошли внутрь, нас окутало тепло, запах горячей резины и механический грохот десятков станков. Перед нами предстала картина американской индустриальной мощи во всей ее красе.

Главный производственный цех Milner Rubber Works впечатлял своим масштабом даже после всего, что я успел повидать в Нью-Йорке. Огромное пространство, заполненное людьми и машинами, простиралось, казалось, до самого горизонта. Высокие потолки терялись в полумраке, лишь иногда прорезаемом лучами света из окон под самой крышей. Грохот прессов, шипение пара и гул конвейеров сливались в симфонию индустриальной эпохи.

— Впечатляет, правда? — спросил Милнер, заметив мой взгляд. — Три акра под одной крышей. Крупнейший резиновый цех к востоку от Миссисипи.