Книга Благородный вор, страница 52 – Алим Тыналин

Когда я хотел открыть ее, услышал внутри голоса. Остановился, напрягся. Посмотрел на Рита. Усмехнулся.

— Готовься. Может, опять придется черепа пробивать.

Рит воспринял все серьезно. Кивнул, набычился.

Я вежливо постучал. Голоса затихли. Что-то там зашебуршались. Потом кто-то крикнул:

— Ну давай, кто там такой вежливый? Заходи.

Я открыл дверь. Тоже, кстати, черная. Это действительно угольная пыль или такая местная фишка? Коснулся поверхности. Нет, это такие черные доски.

Мы сразу попали в большую комнату. Побольше, чем у Костромы. Освещенную тремя светильниками.

У стен лежанки. В центре накрытый стол. За ним сидели трое парней. Играли в карты. Пили горячительное. Закусывали, чем бог послал.

Обернулись на нас. Интересно, который из них Митяй? Тот, который во главе стола?

Там сидел широкоплечий рыжебородый парень. Глаза синие, прищуренные. Рукава рубахи закатаны. Руки толстые и мощные.

Двое других тоже примечательные. Один маленький и юркий. Глаза живые и шустрые.

Третий тощий и высокий. Сидел сгорбившись. Все равно возвышался над столом.

— Ну что, гости добрые? — рыжебородый показал на стол. — Проходите, отведайте с нами. Закуски всякие. Прямо как в лесторане. А потом скажете, зачем явились.

Я посмотрел на стол. С одной стороны, некогда сидеть. Лясы точить.

С другой стороны, надо наладить контакт. Может, обойдемся без кровопролития.

Я кивнул Риту. Пусть слегка расслабится. Сам сел с краешку. Рядом с щуплым. Он придвинул ко мне миску с копченой рыбой. В котелке томленая картошка.

Рит уселся рядом с сутулым. Немного напряжен. Готов к схватке.

— Отведай хлебушка, человече, — пробормотал тот. Придвинул к Риту плошку с хлебом. — Отведай кусочек. Яичко будешь?

Я поел картошки. Посмотрел на бородача.

— Я ищу Митяя Щедровитого. Это ты будешь?

Бородач нахмурился. Маленький отодвинулся от меня. Как будто от зараженного. Сутулый выпрямился.

— А ты кто таков, что ищешь Митьку? Помочь решил прохиндею?

Так, это он о чем? В смысле, помочь? Во-первых, ясно, что это не Митька. Раз уж он называет его нелицеприятно.

Во-вторых, он что, настроен против Митьки? Кто это такой, черт подери? Если он тоже недруг Щедровитого, его стоит взять в союзники.

— Меня зовут Виктор, — ответил я. Поколебался секунду. Думал, надо ли придумывать фамилию. Решил остаться инкогнито. — Я от Тени. Есть такой вор в Москве. Слышали, наверное?

Парни переглянулись. Рыжебородый слегка расслабился. Похоже, понял, что я тоже не просто так ищу Митьку.

— Слышали, как не слыхать. Фартовый вроде. До поры до времени. И зачем Митька прохиндей понадобился Тени?

Опять же, времени нет. На долгие церемонии. Придется действовать напрямую. Если что, Рит подстрахует.

— Он связан с мокрухами по кассе Лунина, — бухнул я. Если уже бросаться в воду, то в самую холодную. — Там есть мой интерес. Тень взял сейф кассы. А Митька пытался помешать.

Бородач подался грудью на столик. Карты вообще убрал в сторону. Поглядел на меня заинтересованно.

— А вот теперь смотри сюда. Тень-заплетень. Меня зовут Дима Рыжик. Это Санька Лилипут, — он указал на щуплого рядом с собой. Потом на длинного и тощего. — А вот это Коля Верста. Мы из колоды Щедровитого. Разбежались с ним. Разошлись, как в море корабли. Почему, то не твое дело. Но за ним должок остался. Он нам тысячу кальмотиков должен. Соображаешь?