Книга Не отступать и не сдаваться. Том 1. Том 2, страница 136 – Алим Тыналин

Точно? Готов ли ты парень, к тому, что сейчас будет?

Раунд закончился. Я отыграл свое. Теперь все решится в ближайшее время. Вот только я сомневаюсь, что Уфимцев теперь вылезет из своего панциря глухой обороны.

Я слишком напугал его. Я уверен, что теперь он будет сидеть в защите и не посмеет вылезать оттуда. Ну, а мне в таком случае осталось только атаковать его, чтобы создать впечатление преобладания и доминирования. В конце концов, решение судей всегда на стороне тех, кто выглядит жестче и суровей.

Мои расчеты полностью оправдались. Весь следующий раунд я гонял соперника по рингу, а он не смел контратаковать меня. Даже когда я слишком открывался.

Уфимцев опасался, что это ловушка. Короче говоря, этот и последующие раунды тоже остались за мной. И после окончания поединка решением судей победа осталась за мной.

Когда я спустился с ринга, довольный победой, первым, кого я встретил, был Мазуров. Он тоже участвовал в этом первенстве. И теперь Мазуров презрительно усмехнулся.

— Не думай, что в этот раз тебя спасет рассечение, — предупредил он. — Даже не надейся. Я сожру тебя с потрохами и даже не поморщусь.

Ну как же, здесь не могло обойтись без Мазурова. Он готов на все, лишь бы смыть с себя позор недавнего поражения. Наверняка надавил на тренеров «Ударника», чтобы попасть сюда. Я уже слышал о его участии. Но ссориться с ним сейчас не к спеху.

— Как поживаешь, Дима? — спросил я. — Встретимся на ринге, хорошо? Надеюсь, ты больше не будешь прибегать к подлым приемчикам, вроде ранения своей брови, чтобы убежать от меня с боя? Ты просто скажи тренеру, пусть бросит полотенце, это будет означать, что ты сдаешься. Нет нужды прибегать к таким дешевым трюкам.

По мере того, как Мазуров слушал, до него дошло, что я издеваюсь над ним. Он покраснел от ярости. Я редко видел такое, но оказывается, это одновременно жуткое и смешное зрелище. Особенно когда речь идет о таком бойце, как Мазуров. Впрочем, у него хватило самообладания, чтобы совладать с собой.

— Мы с тобой обязательно схлестнемся на ринге, клоун, — процедил он и развернувшись, ушел через толпу зрителей.

Да, это точно. Такой, как Мазуров, наверняка будет одним из претендентов на первое место. Но мне сейчас об этом рано думать. Впереди еще четыре боя. Как обычно, каждый день по бою.

Худяков в это время разговаривал с судьями. Потом вернулся, немного мрачный. Еще раз пожал мне руку. Мы с ним направились к раздевалке.

— Ну что же, молодец. У тебя отличные показатели. Сегодня заедь в «Орленок», подпиши кое-какие бумаги. Это нужно для первенства. И давай, не расслабляйся. Завтра тебе действовать против сложного соперника.

Мы вошли в раздевалку и я достал принадлежности для душа.

— Он из «Буревестника», — продолжал рассказывать Худяков. — Считается одним из претендентов на первое место. Вертков Стас. Помнишь, наши дрались с их ребятами в прошлом году на товарищеском матче? Так он порвал всех наших, на мелкие лоскутки.

— Нет, что-то не припоминаю, — сказал я, морща лоб. Хотя отлично знал, что меня там не было. — Я тоже тогда был?

Худяков угрюмо улыбнулся.

— Нет, ты тогда еще не показал весь свой потенциал. Тебя не взяли.

Я пытался вспомнить, что такого в этом Верткове, но не мог.