Книга Не отступать и не сдаваться. Том 1. Том 2, страница 63 – Алим Тыналин

На первый взгляд, вроде достойное и дружеское предложение. Но в памяти у Виктора с этим шалашом было что-то связано, не совсем хорошее.

Что-то, напоминающее о пьяных загулах и встречах с опасными людьми. Я напрягся, вспоминая, что там может быть. Не сразу, но постепенно на ум пришли воспоминания, что там собираются люди, совершившие не одну, а несколько ходок на зону. На руках синие татуировки, во рту блестят золотые зубы.

Говорят мало, пьют водку или крепкий-крепкий чай. Ай-яй-яй, друг Серега, куда же ты собрался заманить меня? Помнится, этот шалаш находился в подвале одного из домов неподалеку, там тепло, потому что рядом трубы центрального отопления и уютно, потому что пацаны притащили туда старые диваны и кресла, поставили столики и стулья.

Да, точно. Теперь я вспомнил все отчетливо. На стены понавешали плакаты и знамя, утащенные из Ленинской комнаты в школе. А еще там были штанги и гантели, карты и домино. В общем, клуб развлечений для местных хулиганов.

Когда там собирались парни, получившие недавно опыт жизни за колючей проволокой, в шалаш пускали только по особому разрешению и только избранных, доверенных пацанов. Они глядели в рот бывшим сидельцам и с охотой выполняли их поручения.

Между прочим, ребята из комсомольской ячейки под неформальным названием «Павки Корчагина», чистые, свежие, со светлыми невинными взглядами, искренне убежденные в святости и нерушимости коммунистических идеалов, периодически совершали налеты на шалаш, вместе с нарядами милиции и дружинников.

Тех, кто не успевал убежать во время рейда, забирали в милицию, и там проводили долгие профилактические беседы. На кого-то это действовало, тем более, что привлекали родителей, а кто-то отряхивался, как пес после купания, сбрасывая с себя нравоучения и снова продолжал водить дружбу с авторитетными людьми из шалаша.

Не скрою, соблазн отправиться в шалаш был очень велик. Я устал, оголодал, замерз, злился на отца и весь остальной мир. Может, ну его к чертовой матери все эти занятия? К дьяволу Черного ворона с его дурацкими рассуждениями о страхах и дисциплине?

Буду тренироваться в «Орленке», этого достаточно, чтобы получить шанс пробиться в финал городского первенства. А там, чем черт не шутит, можно рискнуть в республиканских и всесоюзных соревнованиях. Если не на грядущих, то хотя бы в следующем году.

Куда торопиться, ведь жизнь, а тем более молодость, дается только один раз, а значит, ей надо насладиться в полной мере. Что, если я высплюсь завтра в шалаше, а потом буду спокойно заниматься в «Орленке»?

Ведь именно после начала тренировок с Черным вороном у меня начались все эти неприятности. Сначала поругался с Леной, теперь с отцом. Страдают бабушка и Светка. Проклятый старик требует с меня слишком многого.

— Ну, ты чего, заснул, что ли? — Самосвал пихнул меня в плечо и показал на холщовую сумку за плечом к Зеленки. Он мягко, но настойчиво потащил меня с крыльца. — Пойдем, мы портвейна набрали, посидим, согреемся.

Я уже почти готов был согласиться. А потом вдруг вспомнил про взгляд тигра. Про внутренний огонь, ведущий к победе и освещающий все вокруг.

Потрогал себя за грудь, но ничего там не ощутил. Никакого огня и тепла, только холодное пальто. И вдруг решил, что я не отступлю.