Книга Не отступать и не сдаваться. Том 4, страница 42 – Алим Тыналин

А поскольку сопровождался этот процесс интенсивным маханием ног и другими нелепыми телодвижениями, то ничего удивительного, что он тут же поставил подножку своему здоровенному товарищу, как раз устремившемуся в отчаянную атаку на меня.

Подарок получился приятный и неожиданный для меня. Здоровяк споткнулся, упал повалился прямо под мои удары, которыми я приготовился потчевать его. Я, конечно же, не стал мелочиться и отсыпал ему сразу «троечку». Все боковые удары, потому что противник уже падал и надо было бить по нему максимально быстро, как по надвигающейся груше.

Бам, бам, бам! Я целил в корпус, по его необъятному животу и один из ударов как раз угодил в солнечное сплетение. Здоровяк охнул на лету, повалился на бок возле меня и скорчился в позе эмбриона. Хорошо хоть, что большой палец в рот не засунул и не начал сосать.

Остался последний, самый осторожный или нерасторопный мотоциклист. Глядя на его испуганное лицо, я похвалил себя за сообразительность. Молодец, Витя, возьми с полки пирожок.

Все-таки, я сделал правильно, когда не сразу принял бой, а немного попетлял по местности и, в конце концов, сразился с врагом в узком перешейке между мотоциклами. Это дало мне возможность расправиться с ним по очереди, сведя на нет их численное преимущество. А если бы я остался у машины, то вполне мог бы подвергнуться единому натиску превосходящих сил противника.

Вот какой я молодец, решил я, видя, что последний воин дороги остановился передо мной в нерешительности. Ну да, я бы тоже засомневался, если бы тот, кого мы считали легкой и законной добычей, вдруг взял и мгновенно расправился с твоими соратниками. А теперь стоит перед тобой с ледяной улыбкой на лице и готов завалить тебя самого.

Клянусь, я бы в такой ситуации не счел бы позором немедленно отступить, чтобы сохранить свою задницу в целости и сохранности. Что мой последний противник и сделал, повернувшись и стремительно обратившись в бегство.

Я вздохнул с облегчением, потому что сражаться до последней капли крови вовсе не входило в мои планы. Достаточно того, что мы разогнали противников и временно вывели их из строя.

Поглядев в сторону Карпеева, я убедился, что он тоже вполне успешно расправился со своим противником. Первого, как я уже видел, он сразу завалил, а вот второй оказался покрепче и с ним пришлось повозиться. Но все равно, к тому моменту, когда я освободился, Славка уже сумел ловким хуком покончить со своим верзилой.

— Ну, ты как? — спросил он, тоже поглядев на меня и дыша, как загнанная лошадь. Потом поглядел на двоих мотоциклистов, валяющихся у моих ног и еще одного, улепетывающего по дороге и поднял большой палец вверх. — Молодец, крепок оказался. Хотя чего еще ждать от чемпиона?

Но я не разделял его радости. Огляделся и указал на нашу машину.

— Славка, уходим отсюда поскорее. Сейчас сюда приедут их дружки и вздрючат нас по-полной.

Карпеев не стал спорить со мной. Слава Богу, у него остались крупицы здравого смысла.

— Верно говоришь, — заметил он. — Верно, надо брать руки в ноги и тикать отсюда.

Единственное, что нас задерживало, это необходимость заправиться. К счастью, в баке еще осталось литров двадцать бензина и этого должно было хватить до Риги или ее окрестностей. Кроме того, у нас еще была в багажнике двадцатилитровая канистра, полная бензина. Поэтому, когда Карпеев спросил: