Книга Не отступать и не сдаваться. Том 4, страница 48 – Алим Тыналин

Рефери стоял рядом с лежащим противником, поднимал и опускал руку:

— Один, два, три, четыре…

Нет, Линьков еще силен. Я и не рассчитывал, что вырублю его в этот раз. Я сам чувствовал, что удару чуток не хватило мощи, чтобы уронить соперника в нокаут. Ничего, в следующий раз я это сделаю.

Противник пошевелился и встал. Потряс головой, ударил себя открытой стороной перчаток по макушке и завращал зрачками. Пришел в себя и поглядел на меня.

Да, мой друг, это случилось. Сейчас ты ощутил на себе, каково это, драться с Рубцовым. Если ты хочешь, я угощу тебя добавкой. На сегодняшний обед тебе приготовлено множество блюд.

Рефери убедился, что Линьков в полном порядке. Позвал нас к центру, снова махнул рукой:

— Бокс!

Если противник ожидал, что я буду давить на него и стараться выжать максимум из сложившейся ситуации, то он ошибся. Линьков поднял руки вверх, скрючился, укрывшись в глухой защите.

Правильно, на твоем месте я бы тоже спасался вот так. Ощетинившись пиками кулаков. Зорко глядя из-за амбразур предплечий. Укрываясь за щитами плеч и локтей.

Но тебе никуда не деться. Теперь я уже полностью отказался от парочек джеб-кросс. Все что угодно, разнообразие атак.

Кросс справа, хук левой. Два правых кросса. Теперь два левых хука. Линьков забыл о контратаке и думал только о защите. Напрасно его тренер орал из угла:

— Олежка, иди в бой! Дай ему! Начинай атаку.

Нет, Линьков твердо решил переждать грозу в обороне до конца раунда. Ну что же, ему это удалось.

Я, впрочем, тоже не торопился. Помнится, как-то во время одного боя меня поймали. Вот также, когда я думал, что выиграю и хотел закончить дело нокаутом. До окончания раунда.

Нет, так не годится. Я хорошо усвоил тот урок. Нокаут тоже должен созреть. Как яблоко, готовое сорваться с ветки. Если слишком торопиться, можно только сломать дерево и ничего не получить.

Поэтому я опасался контрударов Линькова и атаковал его, не забывая о защите. Он, видимо, тоже рассчитывал, что я увлекусь и раскроюсь. Под конец раунда попробовал вдруг перейти в бешеную атаку.

К несчастью, движением плеч он опять выдал свои намерения. Теперь уже я ушел в глухую защиту. Даже повис на нем, уходя в клинч. Линьков оттолкнул меня, но раунд уже закончился.

В следующем раунде не произошло ничего неожиданного. Я снова поймал противника в ловушку ритма и опять уронил в нокдаун. Его ответная контратака опять провалилась.

Когда все раунды закончились, Линьков все еще стоял на ногах. Но по очкам я здорово обошел его. Это признали все судьи и присудили мне победу.

Мои знакомые боксеры чуток похлопали и подали мне руку, когда я спустился с ринга. Вот и все. Зрителей нет, никаких оваций и эмоций.

Зато я увидел Карпеева, стоящего неподалеку. Бледного, как смерть. Он подошел ко мне и шепнул на ухо:

— Выйдем, надо срочно поговорить.

О нет, Славка, только не говори мне, что успел разбить мою «Волгу» в хлам!

Мои опасения насчет раскурочивания машины вдребезги оказались напрасными. Что же ты так сомневаешься в товарище, Витя? Славка не захотел поведать мне свою страшную тайну в просторных коридорах Дворца спорта и потащил меня на улицу.

По дороге он шел, внимательно оглядываясь по сторонам, многозначительно прикладывал палец к губам, призывая таким образом к молчанию. Ого, да здесь прям секреты высшей категории, после которых их носителя желательно сжечь и развеять пепел по ветру.