Книга Не отступать и не сдаваться. Том 4, страница 69 – Алим Тыналин

Да, такой парень наверняка хорош на длинной и средней дистанции, ударом своей могучей лапы он наверняка гвозди в стену заколачивает. Надо держать его поближе и запутать быстрыми маневрами. Вот только глаза у него какие-то колючие, неудобные.

Вокруг ринга сидят другие боксеры, спортсмены, просто случайные зрители. Смотрят, ждут.

Проверка у рефери, капа, последний хлопок ладонью от Худякова по плечу и напутствие:

— Ну, давай, уложи его спать на пять минут, а то видно, что парень плохо высыпается в последнее время.

И вот мы уже стоим друг против друга и смотрим в глаза. Ух, какой у него прожигающий взгляд, будто я кинул его отца на миллион рублей. Будь проще парень, зачем так напрягаться?

Гонг, взмах, команда рефери:

— Бокс, начали.

Вышкин тут же попер на меня, быстро, но обдуманно. Выглядело так, будто он даже не собирался прощупывать меня. Он что, собрался сразу атаковать меня? В полную силу, без разведки? Ладно, пусть так.

Почему бы не дать сопернику инициативу, раз уж он так за нее борется? По-хорошему, конечно же, надо самому брать быка за рога, но почему бы не поработать вторым номером для разнообразия?

Впрочем, слишком далеко я его все равно не пущу. Можно дать ему шанс продвинуться вперед, но вот весь бой и важные его моменты я не собирался отдавать на откуп противнику. Я собрался создать у него иллюзию контроля над боем, а потом разрушить ее, причем очень сильно и жестоко. Сломать всю его долбаную картину мира.

Танк начал с комбинации прямых и боковых ударов. Похоже, что это его фишка и боковые у него получаются лучше всего. Я быстро уклонился от его атак, некоторые отбил и тут же напал сам. Джеб и кросс, только прямые удары, чтобы приостановить противника и заставить его задуматься над своим плохим поведением.

Бамц, бамц! Оба удара прошли в лицо Вышкина, его голова даже дернулась назад от неожиданности. Но там, где любого другого бойца это обескуражило бы, Танк ничуть не смутился. Наоборот, он продолжил атаковать меня дальше, как нив чем не бывало.

Я продолжил ту же тактику. Уход, уклон, нырок и снова «контрдвоечка», уже посильнее, два хука, чтобы сбить его атаку. Но нет, тоже безрезультатно. Я ударил левой в корпус и правой в голову, уже посильнее.

Боковые должны были если не свалить Танка, то хотя бы точно остановить его. Но ничего подобного, Вышкин продолжил атаку, как нив чем ни бывало, будто я погладил его бумажной салфеткой по лицу.

В моем мозгу впервые зашевелилось нечто похожее на беспокойство. Что это у него за суперспособность такая? Каменная голова, нечувствительность к боли? Танк был похож на бультерьера, который прет к твоему горлу, не обращая внимания на любые раны или укусы.

Я удвоил скорость движений, решив пока что обойтись без контратак и проверить, насколько он вынослив. Только иногда огрызался отдельными ударами, отталкивая противника в сторону.

Но сейчас по большей части я давал противнику возможность выдохнуться, заставлял его промахиваться, тратить силы, расходовать боеприпасы. И еще добавил ложных атак, чтобы смутить противника и сбить ритм его ударов.

Впрочем, на удивление, Вышкин вообще почти не реагировал на ложные атаки. Ему вообще было плевать на них. Удивительный боксер, видимо, у него порог чувствительности к боли вообще меньше, чем у трупа. Хотя, может, он просто мужественно терпит.