Книга Гипнотизер в МВД: тотальный контроль. Том 3, страница 90 – Алим Тыналин

Задержанный вылупил глаза от удивления. Даже если он и играл свою роль, то делал это очень убедительно. Во всяком случае, я пока что не видел никаких признаков фальши. Хотя надо признать, что я еще мало с ним знаком и видел мало реакций.

— Так я же почтальон, говорю же вам, — закричал он. — Вы что, не могли спросить, прежде чем набрасываться. Я бы вам сам все рассказал. Вот мое удостоверение, в нагрудном кармане рубашки, а хотите, сумку посмотрите, там полно писем и посылок, которые я сегодня должен раздать.

Аксаков бросился проверять его слова и достал удостоверение, а потом заглянул в сумку. Да, действительно, она была вся заполнена конвертами и пакетами.

— Удостоверение подлинное, — сказал Аксаков. — Сейчас я позвоню на почту и проверю, действительно ли там у них работает Рыбаков Игорь Иванович, как указано у него в удостоверении.

Мы переглянулись с Белокрыловой. Вот проклятье, неужели в наши сети заплыла совсем другая, мелкая рыбешка? Я лихорадочно думал, стоит ли верить этому почтальону или его все-таки отправить на проверку.

Впрочем, конечно, вряд ли его сейчас отпустят, пока не проведут более детальное исследование. Не просто так почтальон возникает в тот самый момент, когда мы организовали засаду. Нет, совсем не просто так.

— Ну, ладно, пока что отправьте его в контору, — сказала Белокрылова и махнула рукой. — Там потом мы проверим всю его подноготную и узнаем, кто он такой на самом деле.

Терехов хлопнул Рыбакова по плечу, чтобы заставить его подняться и в это время мы услышали снаружи звонок. Опять не в нашу квартиру. Еле слышно, но достаточно отчетливый. Черт подери, неужели теперь в нашу рыболовную сеть заплыла настоящая добыча?

Мы замолчали и все опять плавно перетекли в коридор, снова достав оружие. Звонок снаружи затрещал. Насколько я мог судить по звуку, это уже другой звонок, чем до этого, новый гость звонил уже в другую квартиру.

Белокрылова выглянула в глазок и замерла на месте. Потом удивленно посмотрела на меня. Опустила пистолет.

— Там Щербаков, — прошептала она. — Что делать?

Ну конечно, я даже и не полагал, что это может быть наш доблестный представитель госбезопасности. Надо же, его я мог заподозрить в последнюю очередь. Ну, не в самую последнюю, но в одну из крайних.

Но что делать, мне ясно. Совершенно отчетливо.

— Что делать? — спросил я. — А разве такой вопрос существует? Конечно же, брать его. И мы не должны даже думать, что…

В коридоре раздался грохот. Треск, шум, удары. Кажется, наш гость из гос безопасности решил проявить инициативу и в ответ на молчание из квартиры выломал дверь.

Белокрылова кивнула и Аксаков, как и прежде, быстро открыл нашу дверь и Белокрылова выскользнула наружу. Следом за ней Аксаков и Терехов. Наварская стояла рядом со мной. Я осторожно выглянул в коридор.

Вот проклятье. Щербаков выломал дверь в квартиру и ворвался в нее. В другую квартиру, где никого и не было. Пустышка.

Неужели я ошибся и наш руководитель следственной группы и есть тот самый человек, кто предает нас и снабжает Пикового туза сведениями с самого сердца расследования? Да уж, это будет самая большая моя ошибка, хотя, надо признать, что я, в конце концов, смог раскусить предателя и вывести его на чистую воду.

В квартире послышался выстрел, потом другой. Потом крики Белокрыловой и Щербакова. Ух ты, да там началась самая настоящая война.