Онлайн книга «Фуга»
|
— Да ладно, ладно, девушка твоя сказала. — А когда это вы с ней… — А вот пока ты спал. Рысь курил, его девушка где-то внутри расчесывала волосы, и ни один из них еще не знал, что сотворенный Рысью дом покинуть они смогут ой нескоро. Преддверье В первый день осени Рысь, глава известного в узких кругах Приюта, встал с постели и наступил на что-то липкое. — Ну ё-мое, – выругался Рысь удивленно и всмотрелся внимательней: да нет, не кровь. Это вчера тут кто-то что-то очень основательно разлил. Рысь зевнул во весь рот и стал натягивать штаны. За спиной заворочалась Роуз, его женщина, но не проснулась; вот и ладно, пускай выспится. А он пока может собрать с пола чужие шмотки: носок, еще носок, синий лифчик – у Роуз-то сейчас точняк другой, футболка… В углу стояли две пустых бутылки и пепельница с мятыми окурками – Приют как он есть. На окне кто-то нарисовал помадой рожицу. — Цыплят по осени считают, – сказала Роуз ровным голосом, и Рысь поежился. Роуз, не шевелясь, смотрела в потолок. — Каких цыплят, радость моя? — Таких пушистеньких. Цыплят по осени едят, если найдут. — Ой да ладно тебе, едят не едят… Он снова сел, зарылся лицом ей в волосы и наладился было заснуть снова, но вместо этого проснулся окончательно и сразу понял отчего – от тишины. Как будто разом отсекли вообще все звуки. — Слишком темно, – сказала Роуз ровным голосом. — Ниче-ниче, радость моя, скоро рассвет… Но пока там, снаружи, была тягучая, густая темнота – ни просвета, ни щелочки. Рысь чувствовал это. — Скоро случится что-то отвратительное, вот я о чем. Рысь шумно вздохнул – хорошо началось утро. А через часик потянутся страждущие – того утешь, этому объясни, этим вломи, эту разубеди… Кто-нибудь новенький возжаждет утешения, кто-нибудь старший позабудет, кто он есть, а он, Рысь, будет делать вид, что очень умный и точно знает, как им всем помочь. Самое странное, что день за днем это прокатывало. Сам Рысь типу с такой физиономией ни в жизнь не стал бы доверять, а эти вон как… Роуз тем временем села прямо и уже деловито подсказала: — Вон там еще стакан, на подоконнике. Стаканы толпились везде: и на полу, и на печальном, в пятнах, подоконнике, и даже на стуле. Тетрадь, в которой Рысь вел важные счета, открытая, лежала на столе. В ней поперек листа было его собственным почерком написано: «Напомнить А., где он забыл свою жену!» — А где Артур забыл свою жену? — У него нет жены, милый. — Так я и думал… — Почему мы уснули-то в мансарде Яблока? — Потому что вчера нам показалось, что праздновать тут – хорошая идея. Рысь вздохнул. Он собирался отнести стаканы в кухню и заодно сообразить поесть. Третьего дня он припрятал в буфет банку маслин и теперь предвкушал. Нужны же радости… Уже на выходе вспомнил и обернулся: — Слушай, а твое это, отвратительное – оно совсем вот-вот или есть время? — Не знаю, – Роуз как раз натягивала платье через голову, но Рысь понял, что она жмет плечами, – вот сейчас кажется, что вообще уже случилось. Снаружи все никак не рассветало. Выпусти нас, выпусти нас, выпусти, выпусти нас, мы ведь все равно выйдем, не мешай нам… Выпусти… Выпусти… Тебе нет смысла нас удерживать… Ты же помнишь, кто мы такие, правда же? Ах, поглядите на него, какая жалость, он нас не помнит! Да он сам себя не помнит! |