Книга Фуга, страница 146 – Елена Ядренцева

Их с Рысью потянуло назад – мягко, будто медленной, набирающей силу волной. Отец остался на месте.

— Так эта книжка, – спросил Рысь, пока отец отдалялся, – книжка про мастера, который город потерял? Я верно помню, что она наша общая была?

Отец кивнул:

— Ну и дрались же вы из-за нее. Хотя вы, так-то, вообще все время дрались.

Он с хрустом потянулся, оглядел их еще разок, покачал головой:

— Тянули, тянули, чего тянули – не пойму. Ну хорошо, хоть так.

— Вот поэтому, – сказал Томас, – я и не отвечал тебе на письма.

— Вот поэтому, – сказал Рысь так же спокойно, – я не читал твои записки до последнего.

Томас не понял даже, кто из них первый фыркнул, но рассмеялись оба – нервно, надо признать.

— Вот что значит – вернулась память, – сказал отец, – давно бы так. Идите уже отсюда и не ссорьтесь больше.

И сосны исчезли.

В первый день зимы Рысь, глава известного на весь край Приюта, сел на кровати и обнаружил, что проспал.

— Ну ё-мое, – выругался он удивленно, – а что меня не будит-то никто?

За спиной заворочалась Роуз, его женщина:

— Они позавтракают без тебя.

— Ты уверена?

Вопреки собственным словам, он плюхнулся обратно, зарылся лицом в ее волосы и собрался было заснуть снова, но в дверь постучали.

— Войдите, – фыркнул Рысь, – мы не одеты.

Рысь знал только одного человека, который мог вот так вежливо, аккуратно, с расстановкой стучать в двери по утрам, и этот человек не удивлялся ничему, что говорил Рысь.

— Доброе утро, – сказал мастер, входя в комнату, и приподнял воображаемую шляпу. – Матери города требуют позволения оставлять у вас своих отпрысков на полный день.

— Ну это они зря. – Рысь сел в постели и взъерошил себе волосы. – Мы их испортим. Ты сказал, что мы ужасны?

Мастер прошелся по комнате вдоль книжных полок, стульев с одеждой, горшков с цветами и дивана для гостей.

— А «их», позволь спросить, – это отпрысков или родителей?

— Да всех подряд. Ты нас не знаешь, что ли? Я Вам Клянусь виснет на Ксении, Леди целует Александра, не отрываясь от книжки, и все это нынче называется приличным местом.

— Ты ничего не понимаешь. У вас есть душа, которой мы, с нашими закоснелыми устоями, давно лишились.

— Так вот как это теперь называется.

— Так вот как.

* * *

Раз мама не будит – значит, выходной. Раз выходной, можно и встать пораньше, в выходной вообще жить интересней. Джо откинула одеяло, пихнула подушку и пошла на кухню в чем была – в пижаме.

— А переодеться? – спросила мама, не поворачиваясь от плиты. – А умыться?

— Мама, – сказала Джо, – мам, ты послушай. Мам, мне такой сон сейчас снился. Просто отпад.