Книга Миссия в Венецию, страница 17 – Джеймс Хэдли Чейз

— Что ж, теперь я здесь, – улыбнулся Дон, привыкший, что венецианцы узнают его с первого взгляда. Американский миллионер с собственным палаццо на Гранд-канале – желанный гость в любой местной лавке, и до всех торговцев незамедлительно доходит слух о его прибытии в город.

— Разрешите показать вам кое-что из моих сокровищ, синьор?

— Моему другу нужна люстра. Я обещал, что помогу ему с выбором.

— Ах, люстра! Прошу, пройдите ко мне в кабинет. Я предложу вам множество великолепных эскизов. Ваш друг, разумеется, предпочтет люстру, изготовленную по спецзаказу? Если ему интересно, мы будем рады видеть его у нас на заводе в Мурано. Там он сможет взглянуть на готовые образцы.

Следуя за толстяком, Дон прошел по коридору и оказался в маленьком, неплохо обставленном кабинете. Сел в предложенное кресло, а толстяк, раскрыв внушительных размеров папку, принялся перебирать разнообразные рисунки.

— Вы Манрико Росси? – негромко спросил Дон.

— Да, синьор. Наверное, вам рекомендовали посетить мой магазин?

— Мой добрый друг посоветовал заглянуть к вам. Думаю, он и ваш друг тоже.

Росси с улыбкой повернулся к Дону. В руке у него была пачка эскизов.

— Могу я узнать, как его зовут, синьор?

— Джон Трегарт, – сказал Дон, не сводя взгляда с Росси.

Толстяк вздрогнул. Улыбка его, застыв, превратилась в гримасу. Эскизы выскользнули из пальцев и рассыпались по полу. Росси тут же нагнулся, чтобы подобрать их, и Дон больше не видел его лица. Что стало с его улыбкой? Что промелькнуло в его сонном взгляде? Неужели страх?

Когда Росси выпрямился, страха в его глазах не было, но пухлое лицо приобрело желтоватый оттенок.

— Ах, синьор Трегарт… – сказал он. – Наш лучший друг. Да, мы давно его не видели. Уже год или даже больше года.

Глаза его забегали, и Дон понял: толстяк лжет. По спине его вновь пробежал колючий холодок.

— Я думал, он сейчас в Венеции. Значит, вы его не видели?

— О нет, синьор. – Черные глаза уставились прямо на Дона, но секундой позже Росси вновь отвел взгляд. Пухлые губы его сжались. – Синьор Трегарт где угодно, только не в Венеции. Обычно он приезжает к нам в июле.

Пожав плечами, Дон взял в руки рисунки, которые протянул ему Росси. Тот принялся восхвалять достоинства своих вещиц. Наконец Дон выбрал три эскиза – из тех, что попроще, – и попросил отправить их Терри Рэтклифу. Росси записал адрес, и Дон поднялся на ноги.

— Могу ли предложить что-нибудь лично для вас, синьор? – с надеждой спросил Росси.

— Не сегодня. Я пробуду здесь где-то с месяц. Загляну к вам снова.

— Конечно, синьор. Мы всегда будем рады вас видеть.

Дон подошел к двери. Остановился и спросил:

— Не знаете, у синьора Трегарта есть друзья в Венеции?

— Друзья? Разумеется! У синьора Трегарта здесь, должно быть, множество друзей.

— Но лично вы ни с кем не знакомы?

Росси с убитым видом повел круглыми плечами:

— Нет, синьор. Чтобы обсудить дела, синьор Трегарт приходит ко мне в кабинет. В городе мы не встречаемся.

Кивнув, Дон вышел в коридор. Росси следовал за ним по пятам.

— Если Трегарт вдруг объявится, передайте ему, что я в Венеции, хорошо? Мы давно не виделись.

— Обязательно передам. Но боюсь, ждать его не стоит. Он всегда приезжает в июле, в сентябре же – никогда. Возможно, он будет здесь в следующем году.