Книга У меня четыре туза, страница 54 – Джеймс Хэдли Чейз

— Вот. Это вилла «Гелиос». Я возвращаюсь обратно той же дорогой.

Пока «мерседес» проезжал мимо, Седжетти и Бельмон во все глаза смотрели на кованые ворота, ведшие к вилле.

— Всё запомнили? – спросил Арчер.

— Сэр, это не проблема.

— Отлично. В вашем распоряжении восемь часов. Останетесь на вилле или у вас другие планы?

— Другие. Хотим осмотреть Лугано, ведь мы здесь не бывали. Подбросите до нашей машины?

Арчер почувствовал облегчение. Мысль об этих двоих в качестве компании на восемь часов ему совсем не казалась приятной.

— Конечно.

Он отвез их к вилле.

— Сегодня в четверть одиннадцатого мы будем тут, сэр, – сказал Седжетти, выходя из «мерседеса».

Арчер проследил, как они уезжают. Затем отпер дверь в дом, зашел в одну из спален и растянулся на постели. Он долго ждал, но теперь все наконец пришло в движение.

«Миллион долларов!» – думал он. С такими деньгами можно махнуть в Нью-Йорк. Он сможет открыть собственное дело в качестве налогового консультанта. Стоит ему получить деньги, и эта сука ничего ему не сделает. Джек не сомневался: она никогда не обвинит его в преступлении, так как не захочет признаться, что ее обвел вокруг пальца смазливый жиголо. Так и Герман Рольф не возбудил дело против Арчера, зная, что он не умолчит о связи с Хельгой. Нет, с ее стороны опасаться нечего. А вот эти двое парней внушают некоторое беспокойство. Веет от них чем-то зловещим, особенно от младшего.

Арчер обеспокоился бы куда сильнее, если б мог видеть эту парочку, когда та припарковалась близ почтамта в Лугано.

Оставив Бельмона в машине, Седжетти поспешил на почту и, запершись в телефонной будке, позвонил Берни в Женеву. Говорил он коротко. Берни выслушал, потом бросил:

— Макс, перезвони мне через два часа, – и повесил трубку.

Берни знал в Швейцарии очень многих. Один из самых верных его приятелей жил в Лугано: Везунчик Беллини – так его прозвали, потому что однажды ревнивая любовница воткнула нож в его жирную спину, но он выжил.

— Везунчик? – сказал Берни, дозвонившись. – Мне нужна информация. Кто живет на вилле «Гелиос» в Кастаньоле?

— «Гелиос»? – Голос Везунчика в трубке зазвучал тоном выше. – Это дом Германа Рольфа. Сам старик умер, но его вдова бывает тут время от времени. Вот и сейчас тут.

Берни ухмыльнулся.

— Не исчезай, Везунчик, – сказал он. – Я навещу тебя вечерком.

Берни нажал на рычаг. Затем позвонил в аэропорт и заказал воздушное такси, чтобы быть в Аньо, близ Лугано, к шести часам вечера.

Когда снова позвонил Седжетти, Берни сообщил, что собирается присоединиться к ним.

— Макс, делайте все, как сказал этот тип, Арчер. Забирайте парня, а дальше уж я все устрою.

— Ладно, Берни, – сказал Седжетти. – Где встречаемся?

— В аэропорту Аньо в шесть. Заберешь меня там, о’кей?

— Нет проблем, Берни.

Все еще улыбаясь, Берни положил трубку.

В полдень Гренвилл, не только измученный скукой, но и порядком проголодавшийся, появился на террасе.

Хельга сидела за одним из больших столов, изучая документы. При виде возлюбленного она просияла:

— Крис, милый! Тебе лучше?

Напустив на себя страдальческий вид, Гренвилл пересек террасу и чмокнул Хельгу в щеку.

— Жить буду. – Он плюхнулся в кресло рядом с ней. – Как думаешь, не мог бы Хинкль приготовить мне кофе?

— Разумеется, дорогой. – Она позвонила в звонок на столе. – Ты действительно чувствуешь себя лучше?