Книга У меня четыре туза, страница 66 – Джеймс Хэдли Чейз

Джек осушил стакан, поставил его на стол, затем встал.

— Не буду тебе напоминать, что с мафией следует быть очень-очень осторожной. Мой клиент предупредил, что, если ты поставишь в известность полицию, для Гренвилла исход дела может оказаться летальным. – Он усмехнулся. – А если через три дня не будет денег, ты получишь ухо Гренвилла, вот что еще сказал мой клиент.

Хельга смертельно побледнела, но самообладания не утратила.

— Мерзкое это дело и совсем мне не по нраву, но так работает мафия, – продолжал Арчер. – Это совершенно безжалостные люди. Не сочти все это пустой угрозой. Такое бывало и раньше – припомни случай с Гетти^[6]. Поэтому советую тебе заглянуть в свои активы и продать кое-что по выгодной цене. Разумеется, если ты хочешь получить назад этого Гренвилла. Я с ним не встречался, но, зная твой вкус и интерес к нему, предположу, что парень должен быть красавчиком. Без уха он, пожалуй, станет менее привлекательным.

Уже направившись было к двери, Джек задержался.

— Чуть не забыл. Клиент передал для тебя запечатанный конверт. – Он положил конверт на стол. – Я слышал, что Гренвилл пытался храбриться: ошибка, если ты в руках мафии. – Немного помолчав, Арчер продолжил: – Ну ладно, Хельга, жди меня через три дня. До скорого.

Выйдя из дома, он сел в «мерседес» и уехал.

С сердцем, стучащим как молот, Хельга схватила конверт, надорвала его и извлекла три поляроидных снимка. Едва взглянув, она вскрикнула и уронила их на пол. В комнату тихо вошел Хинкль.

Как Арчер и рассчитывал, фотографии потрясли Хельгу. Она терпеть не могла насилие. Даже фильмы со сценами жестокости не смотрела. Когда на экране кого-то мучили или устраивали стрельбу, она сразу выключала телевизор. От стального стержня не осталось и следа. Женщина закрыла лицо руками и горько разрыдалась.

— Они терзают его! Я так и знала! Они его бьют! – стонала она.

Хинкль неодобрительно посмотрел на нее и поднял фотографии. Он взглянул на них, поджал губы, затем положил снимки на стол и легко коснулся рукой плеча хозяйки.

— Мой вам совет, мадам, взять себя в руки, – строго сказал он.

Она посмотрела на него полубезумным взглядом:

— Посмотрите, что они с ним сотворили! Это же дьяволы какие-то! Мне немедленно нужны деньги! Я… – И Хельга снова разрыдалась.

Хинкль подошел к стереосистеме и резко щелкнул выключателем. Затем направился к столу и вынул из ящика мощное увеличительное стекло. Взяв фотографии, он стал внимательно изучать их. На первый взгляд они производили удручающее впечатление. Гренвилл лежал на полу, лицо его разбито в кровь, глаза закрыты. Пристально рассмотрев снимки через лупу, Хинкль кивнул и положил их на стол.

— Если вы прекратите истерику, мадам, – сказал он довольно резко, – я кое-что сообщу вам.

Хельга подняла на него глаза. По лицу ее бежали слезы, тело сотрясали рыдания.

— Оставьте меня! Уходите!

— Мадам, я хочу кое-что сказать.

— Что же?

Помахав в воздухе одной из фотографий, Хинкль подошел к ней.

— Эта субстанция необычайно напоминает томатный кетчуп, – заявил он.

Хельга была так изумлена, что перестала плакать.

— Томатный кетчуп? – Голос ее звучал хрипло и неуверенно. – С ума сошли? Что вы несете?

— Мадам, прежде чем поступить на службу к мистеру Рольфу, я имел несчастье работать у одного джентльмена из киноиндустрии, – сказал Хинкль. – Учился искусству грима. Очевидно, что кетчуп использован как заменитель крови.