Книга Плохие вести от куклы, страница 48 – Джеймс Хэдли Чейз

Миллер рассек Феннеру бровь – хлынула кровь. Он протянул руку вслепую и нащупал Миллера, ухватился за его живот и повернул. Миллер тоненько взвыл и попытался высвободиться, но Феннер держал его. Не выпуская противника, он снова дернулся, так что кровать навалилась на них обоих сверху.

Карлос смотрел на них сверху вниз сквозь пружины кровати, но ничего не мог поделать. Он попробовал оттащить кровать, но Феннер держал ее привязанной рукой, не отпуская Миллера, который начал вопить и дергать ногами. Он норовил попасть Феннеру кулаком по лицу, но тот еще немного развернулся и прижал подбородок к груди.

Карлос убежал, и Феннер услышал, как он орет по-испански. Вдруг Миллер приподнялся, и Феннер ощутил, как что-то рвется. Он торопливо разжал хватку. Он понимал, что основательно отделал Миллера. Тот позеленел и обмяк, да так и лежал, глядя на Феннера испуганными глазами.

— Ты меня прикончил, – сказал он, и на губах у него выступила пена.

Феннер попробовал улыбнуться, но не смог. Он пинком отбросил Миллера и медленно перевернул кровать, чтобы руку не выкручивало. Потом, лихорадочно работая, он выдернул из спинки кровати железный прут и встал. Даже сейчас, с рукой, привязанной к железному пруту, он был в скверном положении, но все же не в таком скверном, как раньше. Он направился к двери. Проходя мимо Рейгера, который стоял на коленях спиной к стене и держался за горло, Феннер ударил его прутом. Рейгер повалился на бок, закрывая голову руками.

Феннер вышел из комнаты. Он чувствовал себя так, как будто шел в потоке клея. Шаги его все замедлялись, и вдруг он упал на четвереньки. Пришлось утереть кровь, заливающую глаза, чтобы понять, куда он направляется. Он стоял на коленях, отчаянно хотелось лечь, но нужно было двигаться вперед. Он оперся о стену и снова выпрямился, оставляя на грязных желтых обоях кровавую полосу. «Черт, я не справлюсь!» – подумал он и снова упал.

Внизу поднялся крик, и он попытался вернуться в комнату. Кто-то быстро поднимался по лестнице. Он подумал: «Гребаная железяка!» – и снова попробовал высвободить руку, но та словно вплавилась в металл. Он как раз пытался встать, когда на него налетели два кубинца, и в итоге все трое рухнули в кучу. Один схватил его за глотку, другой скрутил ноги. Мелкие, но сильные, заразы.

Он ударил кубинца, державшего его за горло, прутом и стряхнул с себя, потом сел и вслепую приложил другого сжатым кулаком. Вроде попал, но противник даже не дернулся. Вдруг на Феннера навалилась усталость. Что толку: он был сломлен. Он попытался нанести еще удар, услышал голос Карлоса, кричавшего: «Не слишком сильно!» – потом что-то ударило его по голове, и он повалился вперед. Из темноты выплыло чье-то лицо, он снова слабо замахнулся, потом перед глазами мелькнула вспышка, и удушающая тьма перекрыла все.

Феннер подумал: «Должно быть, меня избили. Уверена, что я больше не причиню им хлопот». Он решил так, поскольку на этот раз они не подстраховались. Они убрали кровать и оставили его на полу в пустой комнате. Он дал себе передышку, но, когда попробовал двигаться, смог разве что слегка дернуться.

«Да что со мной вообще такое?» Он знал, что не связан, поскольку не чувствовал на себе веревок, но двигаться все равно не мог. Потом он понял, что свет по-прежнему включен, однако глаза так опухли, что он видел только колышущуюся дымку. Покрутил головой – боль молнией прошла по всему телу, и он снова затих, потом уснул.