Книга Под градом чувств, страница 49 – Виктория Лайонесс

Тянусь за пакетами, но Арнольд останавливает меня.

— Я сам, мисс Бланш, — поднимает два тяжелых пакета одной рукой, а другой рукой с легкостью подхватывает коробку.

— Куда нести?

— Спасибо, Арнольд. Нам сюда, — иду к резной калитке, рядом с которой расположился почтовый ящик, забитый до основания различными счетами и уведомлениями.

Достаю всю эту кипу и открываю калитку, давая телохранителю пройти первому.

— Поставь на крыльце, рядом с дверью, пожалуйста, — произношу ему в спину, следуя за ним по выложенной каменной дорожке, которую уже давно не подметали.

В принципе весь участок, когда-то созданный профессиональным ландшафтным дизайнером, нанятым мной за приличные деньги, снова совсем запущен. Каждый раз приезжая сюда целый день я привожу все в порядок, но после моего уезда этим больше никто не занимается.

Арнольд ставит покупки и поворачивается ко мне.

— Что-нибудь еще требуется от меня?

— Нет, большое спасибо. Здесь ты больше не нужен, это дом моих родителей, они совсем непубличные люди и не любят посторонних. Сам понимаешь… — понижаю голос до шепота.

— Конечно. Тогда я буду ждать вас в машине.

— Я пробуду здесь долго. Лучше езжай по своим делам, а я потом позвоню тебе.

— Я не могу, мисс Бланш. Я должен все время находится неподалеку, если вы не в стенах своей квартиры.

— Это что за правила такие?

— Это не правила, а жесткий приказ мистера Престона. Я не имею права ослушаться.

— Но со мной здесь ничего не случится. Да и никто не узнает, если ты не будешь все время ждать меня.

— Вы ошибаетесь. Каждые несколько часов я должен отчитываться перед вашим боссом, и я не имею право скрывать что-либо, чтобы не лишиться работы.

— Вот как?

— Да. Поэтому я буду ждать вас в машине, — спускается по ступенькам.

— Ладно, — совершенно сбитая с толку, провожаю мощную мужскую спину.

За моей спиной открывается дверь и повернувшись, я вижу свою мать в дверном проеме с зажженной сигаретой в руке и кружкой кофе.

— Ааа это ты? — делает затяжку с совершенно безразличным видом. — Я-то думала, ты уже забыла сюда дорогу, — с издевкой бросает, но выработанная годами броня не позволяет мне испытать боль.

— Привет, мам. Нет, не забыла, — поднимаю тяжелые пакеты с продуктами и прохожу мимо нее на кухню, стараясь не закашляться от едкого сигаретного дыма.

Снова ни привета, ни слов о том, что она рада меня видеть. Я как была для нее пустым местом, так и осталась.

Какой же разительный контраст с семьей Зейдана…

— А что это за амбал приехал с тобой? — слышу ее шаги за спиной.

— Арнольд мой водитель и телохранитель.

— А ты у нас типа такая звезда, что тебе нужен телохранитель?

— Это распоряжение моего нового продюсера.

— Хм… у тебя новый продюсер?

— Да.

— И что он с тобой собирается делать? — ее голос так и разит недоверием.

Родная мать никогда не считала меня талантливой. Ее раздражало мое пение. Поэтому она так просто согласилась отправить меня в пансионат. К тому же это стало отличным поводом для того, чтобы избавиться от меня. Для моей матери я всегда была тем самым «уродом» в семье. Она любила только моего брата, а меня вечно критиковала буквально за все. Даже за то, как я заправила кровать или как причесала волосы.

— Записывать новый альбом, — поставив пакеты, начинаю разбирать их, наполняя пустой холодильник.