Книга Его любимая заноза, страница 21 – Наталия Ладыгина

— Нет. Просто спешу домой.

— Реально кого-то себе завела? — идет спиной вперед, но медленно. Я могу попытаться обойти его, но он точно не даст. Потерплю его еще минуту.

— Ты отстанешь от меня наконец?

— А чего одна в кофейне сидела?

— Тебе заняться нечем? Ты все последние недели обо мне не беспокоился, а теперь прилип как банный лист.

— Ты же меня в черный кинула. На работу ты не ходишь. А дома выловить тебя нереально. Я приходил, но никогда не дожидался.

— А не надо меня ждать. Я уже сказала, что ты меня не интересуешь. Как тебе еще сказать, чтобы ты понял?

— Да дай ты мне, наконец, шанс! Нормальный шанс, а не то, что было тогда.

— Нормальный шанс — это что-то вроде я должна с тобой переспать?

— Да перестань. Я же тогда не всерьез это все. Просто я не понимаю, зачем ты ведешь жизнь какой-то монашки. Лучшие годы проходят, а ты так и не…

— Что я не сделала? Не подцепила какую-нибудь заразу с каким-нибудь проходимцем и не залетела? О да, как же я без этого живу-то…

— Шутница, блин. Зачем все так-то представлять? Я что, проходимец?

Уж точно не тот, который будет брать ответственность за свои поступки.

— Короче, — останавливаюсь, потому что мы уже напротив дверей подъезда. — Дима… Не буду повторяться, что ты зря теряешь время. Но ты должен, наконец, отстать от меня. Не стану я твоей… жертвой.

— Жертвой?.. Я надеялся на другой статус.

— Мне пора… — коротко смотрю на дверь.

— Здесь, значит, ты живешь…

— Да. И вздумай меня караулить.

— Хорошо, не буду, — коварно приподнимает один уголок губ. — Но только если поцелуешь меня.

— Хорошая попытка, — закатываю глаза. Этого парня ничто не исправит. Может быть только с возрастом пройдет.

— Всего один, — показывает пальцем.

— Нет.

— Ну ладно, — печально вздыхает Димка, пожимая плечами, но уже в следующее мгновение загребает меня в свои ручища и целует, одно рукой тут же перемещаясь мне на затылок, чтобы не могла отстраниться.

Что есть сил стараюсь не позволить ему проникнуть в мой рот языком, и пока получается. Пытаюсь отдавить придурку ноги и давлю в плечо что есть сил. Пальто у меня длинное, по причинному месту ударить не получится.

Он не останавливается, упорно хочет заставить меня открыть рот, а у меня не получается вырваться, но все же происходит то, что прекращает это безумие. Кто-то заставляет Димку отпустить меня, можно сказать, вырывает меня из его рук. И когда я вижу, кто именно это сделала, то цепенею.

Лучше бы это был кто-то другой… Не знаю, почему.

Только не Егор Алексеевич.

— Ты еще кто такой? — выступает Димка.

— Тот, который тебя сейчас научит, что есть девушка говорит «нет», то к ней нужно прислушиваться.

— Не твое это дело! Иди куда шел!

— Я уже пришел куда надо. Поучить меня решил, сопляк? — Дима часто дышит от возмущения. В своей компании он всегда такой борзый, кидается на всех, а тут что-то не знает, что ответить. — Мира, иди домой, — говорит мне мужчина, а я стою как вкопанная. — Иди, — повторяет настойчивее, и я тороплюсь к дверям, судорожно достаю ключи, вбегаю в подъезд.

Не успеваю я раздеться в прихожей, как Егор Алексеевич тоже входит.

— Он ушел?

— Удрал, — отвечает мне мужчина будничным тоном, снимая куртку.

— Просто… удрал?

— Как только ты ушла. Выпендриваться стало не перед кем.