Книга Его любимая заноза, страница 47 – Наталия Ладыгина

Пробродив по городу около двух часов, я подхожу к подъезду уже затемно, неуверенно вхожу в него и вызываю лифт. Поднявшись на одиннадцатый этаж, я не спеша подхожу к двери, засовываю ключ в замочную скважину и как можно медленнее проворачиваю его.

Время еще не позднее. Но я очень надеюсь, что Егор Алексеевич сейчас в своей комнате, отдыхает.

Мне бы только переодеться и к Кирочке сбежать.

Но гостиная проходная комната. И в ней я вижу мужчину, который по всей видимости даже не переоделся, только пиджак снял. Сидит перед телевизором, нога на ногу, дергает ей нервно. Такое ощущение… будто меня все это время ждал.

Я даже не знаю, как себя сейчас повести. Просто уйти или…

А мне нечего ему сказать.

Вернулась я вовремя, ничего не нарушила. Полагаю, я могу просто уйти к себе.

Но только я делаю пару шагов…

— Как прогулялась? — звучит вопрос, от которого я врастаю в пол.

Мужчина продолжает щелкать каналы пультом, пока ждет ответа от меня. И чем дольше он ждет, тем быстрее переключает каналы. На меня он не смотрит, строго в экран. От его вида мне даже не по себе.

— Хорошо, — отвечаю тихо. — На улице довольно прохладно.

— М-м.

— Я сейчас переоденусь и сразу к Кире. Ей скоро спать. Может, почитаем с ней перед сном, — говорю я и в диком напряжении иду дальше.

Вот почему я это испытываю? Я не хочу этого, но…

Скрывшись в коридоре, я срываюсь почти на бег. Залетаю к себе в комнату, рывком снимаю свитер, швыряю его на комод вместе с сумкой и запрокидываю голову назад, шумно втягиваю воздух, которого мне катастрофически не хватает. Хочется настежь открыть окно и, когда я уже намереваюсь это сделать, щелкает дверная ручка.

В комнате появляется ОН, и я забываю, как дышать.

Вот зачем он здесь?..

Мне простонать этот вопрос хочется, но я как всегда теряюсь, когда он рядом. Сегодняшний отпор ему в прихожей — это мой предел.

В комнате мрачно. Я не щелкнула свет. Мужчина направляется ко мне и, настигнув, без всяких слов и пауз, обхватывает ладонью мой затылок и крепко целует, лишая остатков воли.

— Я очень на тебя зол, — оторвавшись от моих губ, говорит он и снова набрасывается на мои губы словно голодный зверь.

У меня мозг плывет от его поцелуев, от прикосновений, но я нахожу в себе силы начать отталкивать мужчину. Он реагирует, заглядывает мне в глаза своими сверкающими, красивыми, которые покорили меня с той же секунды, когда я увидела его.

— Да? И в чем же я виновата?

Егор Алексеевич напрягает скулы, словно разозлившись на меня еще сильнее.

— Ни в чем, — отвечает сухо, поглаживая мою обнаженную талию.

— Если ни в чем, то…

— Замолчи, — требует. — Я злюсь на тебя не потому, что ты что-то сделала, а потому что ты в принципе появилась.

А вот это отрезвляет.

— Вы хотите, чтобы я ушла? — выходит у меня испуганно.

— Нет, — тут же отвечает. — Не в этом все дело… — качает головой из стороны в сторону и глубоко вздыхает.

— А в чем же?

Мужчина медлит с ответом, как вдруг серьезно спрашивает:

— Что у тебя с этим парнем?

— Ничего…

— Правду мне говори. Зачем ты с ним поехала сегодня? Куда на три часа?

— Он меня обманул… — с досадой выдыхаю правду, на что мужчина отстраняется и смотрит до боли встревоженно. — Он сказал, что моя мама попала в больницу, мы поехали вместе на такси, а потом у самой больницы он признался, что наврал мне. Он просто хотел вытащить меня на разговор.