Книга Курортный шантаж, страница 97 – Мира Амирова

— Жаль, Динка, матчество не практикуется.

В своей манере попытался разрядить обстановку мой родственничек. «Динка» молча проглотила и обращение, и кривую насмешку. Имя деда поучаствовало в формировании моих ФИО, учитывая прочерк в графе «отец». Гордится вон как, аж подбородок солнцу подставляет, нос-то обгорел, пока отдыхал вдали от цивилизации. Позёр.

Какая-то часть меня лишь усмехалась и в защитном жесте прикрывала замершего истуканом Вадима. За одно его промелькнувшее на мгновенье растерянное выражение лица хотелось всех поперекусать и выгнать на безопасное расстояние. Никакой «людь в чёрном» не помог бы. Злая личность шептала уколоть словами побольнее. И вроде бы уже была готова, как тут же накрывало обжигающем щёки стыдом. Ведь все слова, адресованные бедной женщине, нет-нет да, попадали бы в Вада. А он и так сидел, не шевелясь, не шелохнувшись. Сжимал мою ладонь до хруста, не замечая, как сам себе причиняет боль.

— И что теперь?

Безжизненным тоном спросил Вадим свою… бабушку? Так странно, смотреть на Ди и видеть уязвимые места, готовность прогнуться казалось априори несгибаемой железной леди. Чудеса.

— Спрашивай, что гложет? — Робко улыбнулась одними уголками губ королева. — На всё отвечу.

— Почему сразу нельзя было сказать первопричину твоего поведения? — Желваки заходили по острым скулам Ветрова. Он сжал переносицу, лишив маю спину тепла.

— Ты бы поверил? — Неверяще помотала головой, отзеркаливая движения внука.

— Нет.

Твёрдо и без долгих раздумий отрезал зачатки всякой надежды Вадим. Мы с дедом переглянулись. Он приподнял бровь, как бы интересуясь, может, оставим этих двоих? Посмотрела на сжатые челюсти Вада и слегка прижалась к его плечу. Дедушка на то и дедушка, чтобы всё без слов понять. Не могла оставить своего «отшельника» один на один с пускай и цивилизованной новоявленной бабкой. Кто знает, до чего они опять без нас договорятся.

— Это я ей посоветовал тебя загнать. — Вдруг вмешался мой хмурый родственничек. — Точнее, мать твою когда-то, а сейчас вон и тебя…

Намекнул, что Диана Валерьевна недалеко ушла в своих воспитательных целях, какой-либо эволюции не произошло. Методика стара как мир, и, видимо, что сетовать, раз рабочая.

— С домом тоже вы подстроили? — Уже без былой стали в голосе спросил Вадим, не сводя взгляда с пожилой парочки.

— Нет, это была крайняя мера. — Пожал плечами дед и взмахнул легкомысленно рукой, как бы смущаясь. — Ты уж прости, но мой план состоял лишь по использованию тебя. Ай! Ленька, нафига ты драться её нормально научил?

Вскрикнул себе за спину побитый и несчастный. «Людь в чёрном» лишь беззвучно выругался, выходя из-за куста сирени.

— Ты сам учил пень дырявый, а Леонида не трожь. — Надуто продолжила наносить несильные шлепки по плечу своего седого друга Ди.

Мы с Вадимом одновременно отвернулись, испытывая какие-то смешанные чувства. По крайней мере, я будто за чужой любовной историей подглядывала. Учитывая ещё причастность к этому всему моего непросто знакомого, а самого что ни на есть родного человека становилось неловко, а испанский стыд мне испытывать не хотелось.

— Вы тут пока ругайтесь, нам надо отойти переварить всё. — Вскочила и потянула своего уже не фиктивного бойфренда за собой к выходу, глядя лишь на наши сцепленные руки и под ноги.