Книга Брак с гарантией, страница 121 – Янка Рам

— Ой, а я же не скидывалась.

— Пф... нас спонсоры кормят, – усмехается Света. – Иди, иди… У нас тут сплошной божий промысел. Мы все на попечении.

А я? Я тоже хочу на попечение к боженьке. Возьмите меня!

— У нас, знаешь, у всех, кто помогать приходит, жизнь налаживается. Чудо!

— Ну всё, ставьте раскладушку. Я от вас теперь не уйду! – шучу я.

Обедаем.

А потом к нам, как к себе домой, уверенно заходит целый прокурор. С иголочки. В синей форме с погонами.

— Прокуратура... – холодно прищуривается он. – Есть здесь у вас рецидивисты?

Давлюсь бутербродом, чувствуя, как от ужаса сжимается живот. Взгляд мой панически падает на пакет, в котором папки.

Не дыша, пытаюсь слиться со стеной.

— Я! – хихикает Зоя, засовывая ему в рот маленький бутерброд с салями.

— Мм... – жует. – Слушай, может, нового ей купим, а? Ну чего ребенка мучить? Мне Марья Станиславовна уже весь мозг высверлила. Я уже не знаю, куда объяву давать. Да и бессмысленно. Наверное, бродячие собаки порвали. Не мог он выжить.

Пытаюсь продышать спазм ужаса от мысли, что за мной может так вот прийти прокуратура.

Перед этими инстанциями у меня мистический ужас. Хотя ни разу в жизни не сталкивалась. Отчасти, этот ужас и не дал мне обратиться в полицию после износа.

— Мне кажется, так нельзя, – отвечает ему Зоя.

— Хоть полцарства предлагай за...

— Это кто? – отвлекаясь от их диалога, шепчу я.

— Это... боженька нам прикрытие послал. Пришлось нашей Зое Васильевне замуж выходить. Иначе всё, тюрьма! – стебется шепотом Света. – Строгий дяденька, ужас.

— Аа...

Муж, значит. Уф...

Эх, мне бы "полцарства" от прокурора сейчас, я бы для него что угодно нашла.

Едем в больницу.

Сироты в отдельной большой палате.

Света возится с самыми маленькими, которые еще в кроватках. Зоя со старшими. У меня середнячки. Я переодеваю их, рассказываю параллельно сказки на разные голоса. Пою песенки.

— О, детка, как же ты так? – помогает переодеться старшей девочке Зоя. Ее сломанная рука на вытяжке. И переодеть ее целый квест.

— Свинья с ног сбила.

На слове "свинья" замираю.

— Пой... – теребят меня дети.

"Где сирота взяла свинью, м?" – с подозрением разворачиваюсь.

И вдруг на меня снисходит озарение. "Гоголь Ольга" было написано на одной из папок. Я мельком видела.

— Оля? – уточняю я.

— Да, – кивает.

— А откуда взялась эта свинья?

— Приёмные родители держат, – хмуро.

— И? Дальше?

Пожимает плечами.

— Свиньи понеслись из загона. Меня потопали. Дурак один у нас их погнал.

— Как это? – уточняет Зоя.

— Ему попало за нарушение режима. Отправили свинарник чистить. Он из вредности всех свиней погнал в огород! Со шланга ледяной водой. Хозяин их стал кнутом с огорода гнать. Боров понесся, забор проломил и меня сбил.

— Кошмар. Кто же детей к свиньям пустил?! – возмущается Света.

— Вася!! Мальчик – Вася? – вскрикиваю я.

— Да, Вася…

— Вася в порядке?! Что с ним?

— Сбежал. Ищут, наверное…

— Здорово, рецидивист!

Шлепаемся руками с Добрым.

— Ой, не обнимай меня, я грязный как черт.

Идем к машине.

Отпустили меня...

Добрыня угощает сигаретой. Чуть пьяный от порции никотина, смотрю на небо. Пасмурно...

— Как там мои?

— Не знаю. Вера туда поехала. Ирины нет. С тёщей твоей она не знакома, та пройти не предложила. Поговорили на улице. Сказала, Саша в прокуратуре. По твоему поводу.