Книга Уязвимость, страница 135 – Янка Рам

— Открой, — шепчу я.

Голос отказывает.

— Пара минут. Кое-что хочу отдать.

Вытягивает из моих рук сумочку. Вкладывает туда свой планшет.

— Всё лишнее я удалил. Здесь теперь только камеры от твоей квартиры и управление блокиратором на двери. Будь осторожна, Саша. Пожалуйста. Я больше не буду тебя видеть.

Голос непривычный… говорит заторможенно.

— Еще.

Кладет туда конверт.

— Пинкод — год твоего рождения. Там, на карте… те деньги, что принадлежат тебе.

— Какие еще деньги? — закрываю глаза.

— Твои. Забери. Тебе хватит на то, чтобы решить проблему с квартирой и еще останутся.

Я не понимаю о чем он говорит. Зачем мне этот планшет и какие деньги?… Я вообще ничего не понимаю сейчас. Возвращает сумочку.

Кладет пальцы на панельку с кнопками от дверей. Они подрагивают. Мне становится еще ужаснее внутри от того, что я понимаю, что он неравнодушен в этой ситуации. И ему тоже больно. И это тоже плохо ложится в мою картину. Но простить не могу. И принят не могу. Не могу!!!

Щелчок.

— Береги себя. Иди…

И наконец до меня полностью доходит, что сейчас со мной произошло. Что-то лопается у меня внутри. Наверное, то самое стекло, о которое мне хотелось бы разбиться. Это так больно… словно я вспорота заживо. Это адски больно! Не вздохнуть.

Мы встречаемся взглядами.

Пряча лицо в ладонях я начинаю рыдать, ненавидя себя за то, что не донесла свои эмоции и боль до дома.

Слышу, как срывается его дыхание. Вытираю глаза… все пальцы в черных разводах. Кирилл прикуривает сигарету. Огонёк в его руке дрожит, не попадая на ее кончик с первого раза. И я опять вижу, как его глаза моргают слишком выражено и часто. Это нервное… Зажмуривается, словно пытаясь справиться с этим.

Открывает окно.

— Пожалуйста, не надо так, Саш. Прости меня. Я не должен был допустить, чтобы… Я правда, старался найти какой-то правильный способ… Мне очень жаль, что тебе больно. Сейчас я отчасти сожалею, что не позволил тебе сбежать. Это было эгоистично. И быть может, ты и права и я — моральный урод. Мы. Но причин у твоей боли нет!

— Скажи мне… скажи мне, что это всё неправда… — ломаюсь я. — Пожалуйста. Мне очень больно.

— Это всё — неправда.

Его рука дергается, чтобы сжать мою.

— Ты врёшь!!! — одергиваю я пальцы.

Молчит, скуривая сигарету в несколько затяжек.

— Каждый должен верить в то, что считает правдой. Эту правду выбрала ты. Моя правда другая.

— Тогда говори её! Почему ты молчишь?!

Мне хочется обмануться еще раз?!

Мне хочется чтобы перестало быть так больно…

— Жду, пока захочешь услышать, Саша. Потому что ты имеешь полное право не хотеть. А я не оправдал твоего доверия, чтобы просить еще один аванс. Не получилось.

— Говори…

Достает вторую сигарету.

— Так долго искал слова, что не знаю с чего и начать. Слишком много всего. Дай мне минуту…

— Мне не надо “много всего”. Я хочу понять ту роль, что ты мне уготовил. Шведский брак?! Ты врал мне!!!

— Нет!

— Ты врал. Вы. Вы же сказали — “брат и сестра”!

— И это правда.

Я начинаю терять смысл разговора. Мне хочется отхлестать его по щекам.

— Ты врал мне! Ты врал мне и опять врешь!!! Ты обещал — будешь всегда! — судорожно дышу я. — Ты обещал…

— Я говорю! — повышает он голос. — Ты слушаешь. Иначе мы утонем в твоих эмоциях. Арина… По документам Арина мне жена. Но у нас никогда не было сексуальной связи и не будет. Остановись, Саша. Не надо себя изматывать этими пустыми эмоциями. Арина мне сестра. Пе по крови, но по сути. По-поводу “врал”. Не соглашусь. Хотя — да. Но только формально. По существу — сказал чистую правду. За каждым понятием стоит его содержание, Саша. Что стоит за понятием “брак”, “жена”? За этим стоит та реальность, которой нет между мной и Ариной. Но ты бы считала именно эту информацию. И не зная меня, не зная ее, не посмотрев на нас рядом с собой… Как бы ты отреагировала на такую информацию? М? Уверен, даже не стала разбираться в деталях, так? И тогда я потерял бы тебя, даже не имея возможности донести тебе суть вещей. Я был тогда никем для тебя, чтобы ты решилась погрузиться в эту ситуацию и посмотреть на неё изнутри. И я сделал так, как сделал. Быть может, оказался неправ и нужно было искать третий способ.