Книга Ретроградный меркурий, страница 16 – Янка Рам

И Настин, и Варин маньяки, с повреждённым мозгом, отдыхают от жизни в одном и том же специализированном заведении. Оба мудака чудом выжили.

— Ознакомилась? — заходит Мансуров.

— Ознакомилась… А Вы, товарищ майор, наверное, третье дело принесли? — сжимаю зубы.

Третье дело — это сестры моей Эвы. Она тоже хорошая девочка. И на нее тоже упырь нашелся!

А я вот — девочка плохая… Упырям невкусная.

— Ты наивно полагаешь, что их всего три? — сухо улыбается Алишер.

— В чем цель?

— Видишь ли, я не приемлю никаких форм сотрудничества с персоналом. Только тотальное осмысленное рабство. Люблю, знаешь ли, когда каждую мою мысль услужливо улавливают до того, как озвучу. И если брошу мячик, его несут обратно в зубах и хвостом виляют.

— Боюсь, это не моя история. Не сработаемся.

— Думаешь? — опасно прищуривается.

— Да и к тому же, какое мне дело до преступников в погонах, что в этих делах фигурируют?

— А дело у нас другое, Диляра. У нас в московском отделении безопасности, орудует банда, семейный подряд. Три брата в разных должностях, дядька их — полковник, жёны… Одна переводчица с доступом, вторая в звании, на данный момент в оперативном отделе. Красивая, зараза… — оскаливается, заправляя мне прядь волос за ухо.

Отстраняюсь.

Сволочь…

Делаю глубокий вдох.

— И банда эта, используя служебное положение, такие дела крутит… — цокает он. — Представляешь, из стволов вещдоковских расстреляли подозреваемых. Некто Иван Зольников.

— Доказательства?

— В квартире где проводился расстрел нашли его ДНК.

— Это не доказательство.

— Но я открою дело, заберу на допрос, вколю ему химию, и он даст мне показания. А дальше весь подряд прикрутим. В общем, на пожизненное всем при желании натянуть можно.

Сглатываю ком в горле.

— И что ради ублюдков каких-то, — хлопаю папками об стол. — Топить своих за превышение?

— Это служба безопасности. Здесь своих нет. Каждый сам по себе. Так вот… Как ты думаешь — висяк это или можно реально эту банду закрепить?

С горящим лицом сжимаю лист бумаги, лежащий под рукой.

— Вот ты, Диляра, подумай… — медленно обходит мой стол. — Над этим вопросом.

Встаёт за спиной.

— Зачем это Вам?

— Ты знаешь, кто такие высокофункциональные социопаты?*

— Допустим, — хриплю я.

— Тогда ты должна понимать, — наклоняется, шепчет мне в ухо. — Что я люблю игры в треш! И мне нужны игроки в команду, у которых нет ни одного тормоза, кроме моей команды “фу”. Поиграем?..

Вот и на мою голову маньяк?

— А если Вы, Алишер, проиграете?

— А я ни разу не проигрывал… — шепчет он.

Чувствую его дыхание на шее, прижимается губами к моей коже.

Дергаюсь.

— Сидеть! — как собаке бросает мне.

В уши долбит пульс, едва держу себя в руках, чтобы не долбануть ему локтем в лицо.

С разворота!

Со всей силы!

— Хочешь, чтобы был висяк, “только тотальное осмысленное рабство”.

— Товарищ майор, у вас проблемы с сексом? И денег на шлюху нет? Я могу занять… — вытираю демонстративно шею.

— Глупая ты ещё, Диляра. Я это сделал не потому что мне хотелось, а потому что тебя ломало… — усмешка. — Мне нужно было, чтобы ты позволила. И ты… позволила.

Ррр!

— Сработаемся. Так что — висяк?

— Висяк…

Этот бой я проиграю. А войну мне проиграть нельзя!

— Умница, — моргает мне. — И не переживай так… Со временем, я научу тебя получать от этого кайф. Обещаю.