Книга Наташа, не реви! Мы всё починим, страница 12 – Янка Рам

Мужик с телефоном у уха, ходит кругами, заглядывает за забор.

— Наверное, нужно выйти сказать, что я в порядке? - нехотя.

— Вот, кстати, - щелкаю пальцами. - Один из кайфов свободной взрослой жизни: Ты можешь не делать то, чего не хочешь. Ибо - никому ничем не обязан. Пользуйся.

— Думаешь? - недоверчиво. - Это так эгоистично...

— С хера ли ты собралась облегчать жизнь этому кариозному товарищу? Или ты хочешь выйти?

Отрицательно качает головой, не моргая глядя мне в глаза.

— А чего хочешь?.. - облизываю пересохшие губы.

Смущённо делает шаг назад.

Я борзею? Это не я. Коньяк!

Спотыкается об массажёр, лежащий на полу. Ловлю ее, чтобы не загремела. Мы касаемся лицами. И как-то всё пьяно, провокационно, горячо... Голову кружит. Дыхание сбивается. Я чувствую, как ее мягкая грудь прижимается ко мне.

Теряя ориентиры, замираю так.

Ощущаю, как ее руки сжимаются на моих плечах.

— Ой... - тихо.

— Ой-ё-ёй... - возбужденно смеюсь ей в ушко. - Мы сейчас "всё уроним". Уронить?

— А?

— Есть ведь ещё кайфы свободной взрослой жизни - делать то, что хочешь... - хрипло шепчу ей я.

— Например?.. - нечетко и настороженно выдыхает она.

Мы тяжело дышим друг другу в губы.

Ой, всему Вас учить надо барышня! Но это и заводит...

— В качестве самого качественного антистресса для взрослых девочек… Ну, вот так, например.

Прикусываю ее нижнюю губу со вкусом шампанского...

И всё! Тормоза мои проскальзывают на этом повороте и... не срабатывают! Чего я там не собирался?

Впиваюсь конкретнее и наглее, утекая от возбуждения.

А чо такова? Свободные люди оба…

Наташа

До меня не сразу доходит, что меня целуют. А вот до моего тела - мгновенно! Его обваривает горячей волной, которая бурлящим гейзером бьёт вверх. Колени подкашиваются...

А Иштаров не брит… и у губ привкус коньяка и сигарет. Я чувствую себя такой миниатюрной в его крепких объятиях. Он такой непривычно большой. Это всё - что-то совсем новое в мире моих эротических ощущений и, черт возьми, действительно кайфовое! Я в полуобмороке...

Боже, когда я целовалась последний раз?..

Не формальное прикосновение губами, а чтобы вот так - по-настоящему?

Я даже не припомню в каком году это закончилось! А сейчас мне хочется разрыдаться, что я так долго была лишена этого крышесносного ощущения.

И я уже вовсю отвечаю на него, обвивая руками крепкую шею Иштарова. Мы соприкасаемся языками, моё тело в курсе как отвечать, хотя я уже давно забыла.

Так, стоп…

В ужасе замираю от двух обрушившихся на меня откровений. Первое, что я вообще-то не пью, потому что пьяная я - дура дурой и потом ничего не помню. Второе - я целуюсь с соседом, отцом моей студентки!

Синхронно вскрикнув, мы резко отстраняемся друг от друга как ошпаренные.

Я - потому что пьяная дура, и адекватных реакций от меня ждать нечего. Он - потом что Сева из под кровати хапнул его за икру!

— Ну что за бесявый кошак! - психует он, стряхивая его с ноги.

Делая лихой круг по комнате, Сева прыгает на кровать и ко мне на руки. Обнимает, прячась от расправы мордой мне в шею.

Чувствую, как оглушающе долбит в уши пульс.

А начиналось все с невинного бокала шампанского.

Какой кошмар, Наташа!..

В смятении пытаюсь подыскать слова для объяснений, что я "не такая"! И ещё не доросла до "кайфов свободного взрослого человека", которые так лихо и оптом продал мне Иштаров. Ему бы маркетологом…