Книга М@рковная история, страница 8 – Янка Рам

Вот это жесть, Катерина Олеговна! Вот это треш!

— Кать! Ты там не утонула? — стук в дверь.

— Я… Эм… — хриплю я. — Еще полчаса!

На утопиться по-настоящему.

— Мне нужно уйти. Я зайду вечером. Марковку покормил.

— Аха… — выдыхаю я.

Просто отлично!!

Дальнейшие макания моей бестолковой головы в воду желаемого эффекта не дают. Память больше не подкидывает никаких эпизодов. И ответ на главный вопрос так и не появляется. Пальпация тела тоже особых подсказок не дает. И то, что я чувствую своими пальцами, могло быть результатом совершенно не секса, а всего лишь горячих поцелуев с Марком. Между бедер ноет… А это может быть как эффектом его вторжения, так и голодом от того, что оно не случилось. Пойди теперь, разбери!

Когда кожа на моих пальцах окончательно сморщивается, и я начинаю превращаться в тритона, решаюсь наконец-то вылезти из воды.

Надеваю пижамку-свинку, ставлю маркером крестик себе на руке, чтобы переодеться во что-нибудь приличное к вечеру.

Загружаю ноутбук.

Люцифера никто не отменял.

Желудок требовательно ворчит.

Ворую очередной стакан молока из запасов, сделанных Марком для мелкой.

— Прости, Марковочка!

Осталось на донышке. Нужно собраться силами и сходить, купить пачку. С удовольствием выпиваю прохладное молоко, оставляя на дне пару глотков, забираю стакан с собой. Падаю на кресло к ноутбуку. Марковка с веселого разбега запрыгивает сверху и втыкает в меня коготки. Пытаясь успокоить нервы, я тискаю рыжую, устроившуюся на моих коленях.

— Было или не было? — заглядываю ей в глаза. — Ведь ты же все видела!

Представляю, какой был шок для ребенка, если таки «да»!

Что же делать? Ведь спросить напрямую…

Ооо… Нет! Моя слабая психика такого не потянет.

Лениво вожу курсором по экрану. Эскизы не рождаются. В голове совсем другие эскизы!

Что ты там творила, Катерина?

И какие еще из твоих неадекватных сексуальных фантазий были воплощены помимо ремня?!

Помнится, как-то ты фантазировала о том…

Мама дорогая!

Я не открою ему дверь!

Впору еще раз переезжать.

Ты откроешь, Катерина!

Ага…

А если мы ночью всё-таки «да», и он захочет это повторить? И если я позволю, то считаться «антикварным бабушкиным шкафом» уже точно не смогу.

Дался тебе этот шкаф?!

Ну, а что он подумает обо мне?! Что я какая-то дешевая пластиковая полка?

От этой мысли моей внутренней корове хочется немного порыдать.

Ведь если после секса я начну динамить его, то здесь любой мужчина подумает, что мне не понравилось.

И тогда мой потенциально лучший секс со мной так и не случится!

Выгулять, что ли, корову? — расстроенно падаю я лицом на стол, отодвигая дальше ноутбук.

Марковка лезет мордочкой в мой стакан за молоком и нечаянно оказывается в нем целиком. Торчит только нервно крутящийся хвост. Рывок задней лапкой — и переворачивается вместе со своей прозрачной ловушкой на клавиатуру.

Подхватываю и вытаскиваю ее из стакана.

Морда мокрая и возмущенная! Несколько раз чихает и фыркает, орошая меня молочными брызгами.

— Мяу… — растерянно.

В маму! — вздыхаю я, ссаживая ее на пол.

Он придет вечером…. Он придет вечером… — стучит в моей неумной голове.

И я не могу думать никакую другу мысль.

Нет, я не открою!

Мне нужен хотя бы год, чтобы переварить это.

А ты подумала, Катерина, что за год он найдет себе другую сексуальную пантеру? А может, и гораздо быстрее.