Книга Выйду замуж за спасателя, страница 36 – Янка Рам

— М? — поднимаю усталый взгляд.

Играя бровями, многозначительно стреляет взглядом мне в декольте.

Смотрю вниз.

О, боги бровей, грудей и других частей тела! Все просвечивает насквозь.

Надо было надевать белье с поролоновыми вкладками! Но они делают мою огромную грудь ещё на размер больше... И я не решилась. Кто же знал, что промокну??

Ладонь Добрыни с моего плеча соскальзывает на ключицу. Ощупывает ее через ткань пальцами.

На секунду отвлекаясь от телефона, вжимается мне губами в ухо.

— Мокрая вся.... - шепчет.

Зажмуриваюсь от слишком острого ощущения, забывая вдохнуть. Его мягкая щетина скользит по моим до неприличия чувствительным местам.

Между бедер судорожно сводит.

И я все мокрая — да, от этого прикосновения и низкого мужского шепота.

-.... Простынешь... Переодеться немедленно.... - скользят его губы, запуская мурашки по шее.

Это так интимно, как у меня в сексе с мужем и не было никогда!

А он как ни в чем не бывало, продолжает разговор по телефону.

Пряча глаза от детей, поспешно сбегаю в свою комнату.

Срываю мокрое платье. Переодеваюсь в свой безразмерный "скафандр".

Вот... И снова чувствую себя непривлекательной и бесполой. В безопасности от мужского внимания.

Это я такие начала носить, чтобы Анатолий меня меньше замечал и прикладывал своей критикой.

Разглядываю себя в зеркало.

Мда.... И хочется руки на себя наложить.... большие такие.... мужские. Конкретные.

Вытаскиваю давным давно купленный на маркетплейсе бархатный халат впол с широким поясом типа карсета, подчёркивающим формы. Глубокого синего цвета. И.... прячу обратно.

Глупо это! У него ведь женщина есть.... Мне до неё как до луны. Хоть в халате, хоть без.

Собрав волосы в привычную гульку, иду пить чай....

Зевая, надеваю поглубже капюшон. Прохладно.

Выползаю из комнаты. Мне всегда тяжело вставать с утра, потому что пишу я часов до двух, когда все уже улягутся. А иногда и до трех-четырех....

У Добрыни сегодня отсыпной. Я попросила детей его не будить. И сама встала пораньше, чтобы покормить их и собрать в школу.

Но из гостиной уже голоса. Проснулся...

Он уходит на работу обычно раньше, чем мы все встаём. Наверное, его поднял привычный режим.

— Не пойду сегодня в школу! — упрямится и капризничает Мирон.

— Разговорчики в строю! Быстро собираться.

— Не пойду.

— Мирон.... - строго. — Без повода мы не пропускаем. Ты взрослый парень, должен понимать, что у нас могут быть проблемы с опекой.

— Доброе утро, — выхожу к ним.

— Доброе, Верочка... Пойдем отжиматься? — спрашивает у Мирона.

— Не пойду....

— Как хочешь. Яр, за мной....

Скинув футболки, с голыми торсами уходят на улицу.

Ого.... как всё брутально!

В ступоре провожаю их взглядом.

Яр — копия отца по телосложению, такой же широкоплечий и походка — один в один. Но на пол головы пока ниже и худощавый.

Мирон наливает себе молока в подушечки с шоколадом.

И угрюмо насупившись ест.

— А ты чего такой грустный, зайка? — глажу его по голове.

— Ничо.... - дёргает головой, уворачиваясь.

— Хочешь, я тебе бутер с плавленным сыром сделаю?

— Нет....

Через несколько секунд передумывает.

— Хочу....

— А хлебушек обжарить с двух сторон?

— Да.... - обиженно.

Бужу своих девчонок.

Обжариваю для всех гренки и на ещё раскаленные кладу по тонкому пластику сыра.