Книга Сломанная кукла, страница 52 – Янка Рам

Вздохнув, не позволяю своим фантазиям двигаться в ее направлении.

Оборачиваю бедра простыней. Развешиваю в предбаннике для нее ещё одну, перенеся с улицы, чтобы нагрелась. Иду босиком по снегу в дом.

— Иди... - киваю ей и тут же ловлю у двери. - Стой. Нельзя с серьгами, обожжешься.

Снимаю с нее серьги. Сжимаю пальцами мочку. Переступая с ноги на ногу, придавливает хвост Варгу.

Он недовольно рыкает и агрессивно клацает зубами возле ее щиколотки.

Охнув, влетает мне в руки. Горячий выдох в районе моей челюсти на мгновение отключает башку. И мои губы двигаются навстречу ее - распахнутым.

Э-э-э, стоп! - в последнее мгновение ловлю себя.

Разворачивается в моих руках, глядя в глаза Варгу.

— Фу! Нельзя! - рычу на него тихо.

Пёс дёргает верхней губой, огрызаясь, и демонстрируя мне зубы.

— Спокойно, - мои губы самовольно прижимаются к ее ушку. - Он любит пошугать, но без повода не кусает.

Покачнувшись, Божена хватается ладонью за косяк.

И мне ощущается на мгновение невыносимый магнетизм между нашими телами.

Замерев, она не дышит.

— Все нормально. Не пугайся его.

Кивает.

— Придёшь, верну, - сжимаю серьги в кулак.

Пока она в бане, делаю чай, накладываю в тарелку мед с кедровыми орехами и брусникой. Расстилаю на вторую скамью тонкую пенку и наши куртки, сверху - одеяло.

Разглядываю сережки. В таких серьгах - это на сцене надо блистать, не меньше. Массивные камни на мочке, а вниз уходят тончайшие цепочки белого золота.

В доме жарко...

Прямо в простыне выхожу на улицу с сигаретой. Варг тоже выходит подышать.

Оперевшись плечом на косяк, смотрю на приоткрытую дверь бани. Раскаляется она моментально. И нужно проветривать.

Докурив, стреляю сигаретой подальше в снег.

Поднимаю взгляд на скрип двери.

Застыв босиком на пороге бани, растерянно заносит ногу над снежной тропинкой. Вытянутая стопа касается снега.

Эта картина неожиданно срывает меня с места.

— Погоди!

Иду к ней, подхватываю на руки.

Зачем ты ее лапаешь, Псих? Сама бы добежала, тут три метра.

Нет. Не лапаю... Это другое.

Заношу в дом. Возле печки отпускаю.

— Где Варг? - шепчет она.

— Ушел...

— Совсем?

— Да нет, вернётся.

Прохожу к столу.

Греет руки над печью, нерешительно поглядывая на меня.

— Садись, давай. Чай остывает.

Пытаюсь абстрагироваться от мысли, что мы в очень маленьком пространстве вдвоем, голые под этими простынями.

Мое голодное тело хочет пировать. И оно привыкло пировать, когда женщина вот так - в прямом доступе.

Стараюсь не пялиться на ее глубокие ключицы и тонкую шею. И без этого, бляха, в "приподнятом" настроении.

Надевает обратно серьги.

Облизываю пересохшие губы, наблюдая за этим.

Хватит, короче. Это не тёлка тебе какая-то! Это просто девочка, которой нужна помощь. И ты вписался совсем не потому что... - мысли путаются. - И помощь - не повод для...

Жмурясь от наслаждения, Женя облизывает мед с ложки. И я опять ловлю себя на том, что мои губы тянутся в улыбке. От неловкости дёргаю уголком губ, трансформируя это в ухмылку.

Чо блять за херня...

— Вкусно?

— Я не ем сладкое обычно. Мне очень вкусно, - неуверенная короткая улыбка трогает трепетные губы.

— Почему не ешь?

— Я... балерина. Нельзя.

— Балерина?! Да ладно?

Балерины для меня - это что-то из альтернативной реальности. Не встречал никогда.