Книга Не красавица и Чудовище, страница 9 – Янка Рам

— Я ее убил, расчленил и съел. Перед этим изнасиловал. Самым извращенным способом.

И вот как тут сохранить мимический покой, я вас спрашиваю? Когда глаза лезут на свежепрооперированный лоб? Нормальный человек?

Шутка типа такая? Не очень смешно.

— Знаешь за что? Она сдвинула пешку на моем столе.

Уже и пешку заметил!

— Сочиняете! - чуть осмелев бросаю реплику из-за двери.

— В морозилке ее голова. Можешь проверить.

Да ладно? Бред...

Вспоминаю, что лежал какой-то чёрный пакет в нижней секции. Как раз размером с голову.

В полуобморочном состоянии бегу к холодильнику, едва не поскользнувшись в своих шерстяных носках.

Не верю ни одному слову! Ложь и провокация! Но лучше проверить... Выдвигаю нижнюю секцию огромного холодильника.

Чёрный пакет...

Трясущимися руками пытаюсь открыть, отодрав его от содержимого.

Красная замороженная плоть. Но точно не голова! Говядина, кажется.

— Сволочь... - цежу тихо, слушая как успокаивается сердце.

С грохотом швыряю обратно. А потом достаю. Надо разморозить и замариновать.

Если он меня таки выживет отсюда своими приколами, то не оставлю ему шанса пугать так следующую Фею Чистоты.

— Как вам приготовить голову? - ядовито уточняю я.

— С черносливом и айвой, будь любезна.

Офигеть. Где я возьму ему айву?!

Ладно, добавлю зелёное яблоко.

После завтрака он стоит за своим столом в гостиной. Ко мне спиной. Подглядываю.

И нет, он не в мантии и короне. Просто мужчина. Его рельефные плечи обтягивает черная водолазка. В шахматы он там сам с собой играет что ли. Или пасьянс раскладывает.

Прихватив беспроводной пылесос, иду по своей узкой лестнице наверх.

На втором этаже шесть комнат. Дверь в одну приоткрыта. Здесь? Или каждую ночь в новой?

Кровать аккуратно застелена. А вот книги... везде. На прикроватной тумбе стакан воды и тоже книга. Раскрытая и перевернутая.

Поднимаю ее "Убийца сидит напротив".

Читаю в середине:

"Одним из главных признаков нарциссизма - пограничного расстройства личности и социопатии - является нежелание принимать на себя любую ответственность. Всегда виноват кто-то другой.". Это прямо про Костю. Всегда виновата я. Даже, если он!

— Ах, да! - хватаюсь за пылесос.

Быстро прохожусь по ковру. И торопясь, смахиваю пыль пипидастром.

Прямо навевает порносюжет с горничной! Но увы у горничной нет лица.

Прихватив пылесос, покидаю комнату.

Слышу, как поднимается по парадной лестнице. Спешу свернуть на свою, узкую, в другом конце коридора.

Притормозив там, встаю на цыпочки, смахивая паутину под потолком. Не дотянуться!

— Ты закрыла мою книгу! - раздраженно.

Вздрогнув от неожиданности, роняю на себя пипидастр.

— А-а-а... - хватаюсь за голову и второй рукой за перила, упуская ручку пылесоса.

Он выскальзывает и скользя по ступенькам, кувыркаясь, катится до самого низа.

С одной стороны, спасибо, что не я. С другой - только не сломайся! Мне этот немецкий что-то-там-"хер" - пытаюсь вспомнить марку - еще минимум месяц с моей зарплатой отрабатывать!

А так можно и навечно в этом доме застрять. Тьфу-тьфу...

Бегу вниз. Включаю пылесос. Работает! Вот... надёжный немецкий "...хер"! Обнимаю его на радостях.

Других, в свете моей сомнительной операции и предстоящего развода, может мне и вовсе не светит. Сей факт почему то навевает мне... Чер-но-слив!