Книга Соседи. Книга 2, страница 136 – Катерина Драгомирова

«А если не любит?»

— А если не любит, то зачем он нам нужен? – засмеялась она, впрочем, по-доброму. – Не волнуйся. Конечно любит, как такую можно не любить? Тем более вместе росли, столько прошли. Тебе этого мальчика Бог послал. Надо же, как бывает… – покачала она головой.

Бабушке про Егора Уля кое-что рассказать успела. Почти все, если точнее, опустив лишь жуткую историю прошлого, о которой сама до сих пор не могла думать без подступающих к горлу слез и горького ощущения бессилия и опустошенности. Касательно этой темы Ульяна, кое-как сдержавшись, ограничилась короткой ремаркой, сообщив, что его детство прошло в трудных условиях и это наложило отпечаток на восприятие жизни и отношения с людьми. Душа требовала выплеснуть все, просила совета, но голова понимала, что от бабушки информация может попасть к матери, которой и так до конца дней хватит «весомых» аргументов против ее выбора.

— Да? Ты так думаешь? – зачем-то спросила Уля. Не знает зачем. Просто слушать бабушкины рассуждения было куда приятнее, чем мамины нотации.

— Да. Ты очень изменилась, – констатировала ба, подкладывая в Улину тарелку еще один блин. Эта привычка, пожалуй, единственное, что Ульяну в бабуле немного раздражало: ни на секунду ведь нельзя отвлечься. Еда возникала под носом словно по волшебству. И попробуй только не съешь – расстроится.

Не будет ругаться.

— Ты когда последний раз меня видела? – усмехнулась Уля, благодарно улыбаясь, но все-таки возвращая блин туда, откуда его изъяли, – в стоящую на подставке посреди стола сковородку. – Конечно изменилась.

— Видела давно, а слышу-то регулярно, – не согласилась баб Галя, вновь доставая блин. Бабулино упорство не знало границ, как и бабулина любовь. – Что ж я, по-твоему, совсем слепая, что ли? Тебе это общение только на пользу идет. Только на пользу!

В подтверждение сказанного бабушка вновь покачала головой и цокнула языком. А Уля не удержалась.

— А вот мама думает иначе, – уткнувшись взглядом в тарелку, пробормотала она. Не знает, что хотела от бабушки услышать, но ядовитые слова матери до сих пор не шли из головы. В мамином представлении хуже выбора Ульяна сделать просто не могла. И непременно поплатится за это в самом скором времени.

— Мать свою ты не слушай, – раздраженно махнула рукой бабушка. – Собственную жизнь устроить не может, нечего в чужую нос совать. Прямо копия деда твоего, царствие ему небесное, – перекрестилась она поспешно, – нахваталась дури. Уже давно пора выпорхнуть из гнезда, Ляна, иначе жизни тебе не будет. Помяни мое слово.

— Ты о папе? – нахмурилась Ульяна. Ну а о ком еще? Сейчас, когда Уле стала известна версия отца о причинах распада их семьи, бабушкины слова оказались понятны без расшифровки. С папой у бабушки всегда были прекрасные отношения, но до этого момента Ульяне не доводилось слышать ее мнения о жизненной позиции собственной дочери. Видимо, за минувшие дни ба пришла к заключению, что девочка выросла и можно говорить с ней по-взрослому.

— И о нем тоже… – закивала она энергично. – Это ж надо так – выкурить из семьи святого человека! С ребенком разлучить! Сколько я Наде на эту тему ни втемяшивала, ей хоть кол на голове теши! Без толку все, завела свою волынку… – на несколько секунд бабушка расстроенно замолчала, воздух наполнился горечью. – Но то дела давно минувших дней. О хахале ее я сейчас говорю.