Книга Соседи. Книга 1, страница 134 – Катерина Драгомирова

— Волейбол! – с воодушевлением возвестила Юля. – Нет, ну ты погляди на них! Смотри, какой Смирнов красавчик! Видала, какая подача? Да он мяч в космос может отправить! Представляешь, что эти руки способны делать с хрупкой, беззащитной девушкой?..

— Избавь меня от необходимости представлять, – пробормотала Уля, вспоминая, как «эти руки» в детском саду то и дело дергали ее за косички. А один раз «эти руки» положили в пакет с ее сменной одеждой высококлассно исполненный муляж мыши. О, как же она верещала, когда нащупала в сумке, вытащила наружу и рассмотрела на своей детской ладошке мышиный «трупик»! Сбежались воспитатели не только из ее группы, но и из соседней. И медсестра. И повариха. Охранника остановили на полпути.

— А это кто? Ежов? – выдохнула Новицкая, продолжая неотрывно следить за гомонящими парнями. – По-моему, подкачался. Да?

— Без понятия, – равнодушно ответила Уля. Ну, может и подкачался, пофиг ей. Ей и помимо Ежова было о ком подумать: своих мужиков рой, зачем ей еще? Мысли бродили где-то далеко-далеко, беспокойно кружились вокруг цитаты об одиночестве и Тома, вокруг Вадима, гитары и соседа. В общем, меньше всего Ульяну заботило происходящее прямо перед носом.

— Может, мы в монастырь тебя сдадим, Ильина? А что? Это мысль… – не отрывая взгляда от играющих, задорно подначила Юля. – Тебе кого ни подсунь, все не вариант. Слу-у-ушай, я поняла! А вдруг ты на самом деле по девочкам? А? Как ты меня находишь? Сгожусь?

Уля развернулась к Новицкой с выпученными глазами, в замешательстве не находясь с ответом. Чего таить? Как-то на сон грядущий она уже такое предположение сделала и очень быстро пришла к выводу, что нет – не ее это песня, однозначно! Юлька же изо всех сил старалась сохранять серьезное выражение лица, но уже через две секунды прыснула.

— Ладно, дурацкая шутка, – согласилась та. – Просто странно все это. Ты на них смотришь, как на красивые картинки, не более, тебя не торкает. Не понимаю…

Не торкает, нет. В чем ее вина? Сердцу разве прикажешь? «Люби давай, будь добро». А оно в ответ тебе: «Слушаю и повинуюсь, моя госпожа!» И голова такая: «Есть любить!» Может, она вообще любить не умеет. Как-то попалось Уле на глаза интервью одного психолога, в котором тот рассказывал, что четвертая часть людей не испытывает этого чувства – им недоступна романтическая любовь. Потому что возникновению чувства влюбленности сопутствует идеализация, а идеализировать кого бы то ни было такие люди боятся, ведь это поставит их самих в зависимое, уязвимое положение. Иногда за неготовностью идеализировать стоит критика – как в отношении других, так и в отношении себя самого. И вот что? Вот это вот все сейчас Юльке рассказывать? Может, не все так уж и плохо, может, просто не встретился еще такой человек… Тот же психолог говорил, что большую романтическую любовь обычный человек способен испытать один, два, ну, предел, три раза за жизнь… Не хочется быть с кем ни попадя просто ради того, чтобы «как у всех». Это тоже пытаться сейчас объяснить? Новицкой, которая считает, что оптимальный подход при поиске этой самой любви – это хладнокровный методичный перебор?

— Ну, слушай, если Вадим тебе и правда не нужен, мне отдай, – чуть помолчав в ожидании комментария и так его и не дождавшись, продолжила Новицкая. – Я тебе уже говорила. Мне такие мальчики нравятся, все при нем.