Онлайн книга «Соседи. Книга 1»
|
«Может, еще обойдется как-нибудь?» — Спрашиваешь! Конечно хочу! – воскликнул Стриж. Огни в его глазах разгорелись в неукротимое пламя. – Где у вас тут поблизости цветочный ларек? «Да ё… прст…» Что ж, он не вправе решать за двух взрослых людей, что им делать, как жить, с кем общаться, а с кем нет. Но раз уж у него тут интересуются направлением движения, указать он может. И отнюдь не в цветочный ларек он Вадика сейчас пошлет. «Иди ты к черту!» — Купи ей пломбир, – процедил Егор, доставая из кофра и швыряя на землю шестигранники. Все, на этом раздача бесплатных советов конченым ловеласам окончена! — Чего? Мороженку? «Ты всегда такой сообразительный?!» — Мороженку, – не без язвительных интонаций передразнил Стрижа он. – Вафельный стаканчик. В бумажной обертке, не помню названия. Сливочный только, не крем-брюле, не фисташковый, не шоколадный и не цветной. Не перепутай. Вадим недоуменно уставился на Егора, словно вновь спрашивая: «Чувак, ты уверен? Точно?» Уверен он, уверен. Глубоко вздохнув, Егор вставил в личинку ключ и открыл подседельное. Должен же он сегодня добраться до этого гребаного аккумулятора, в конце-то концов! А еще вдруг остро захотелось закурить. Опять. Но третью за двадцать минут – нет, идея однозначно плохая. А курить, снимая аккумулятор, идея так вообще просто «блестящая». — Понял! «Да ты сегодня просто в ударе!» Спустя десять секунд Стрижа и след простыл. Егор не поднял в их сторону головы. Чужие шашни его не касаются.
II (2). «Наконец-то устроим твою личную жизнь» Чудесный день, просто чудесный! Уля вываливала на Юлю все новости дня одним махом. Как получила от своего куратора письмо с похвалой, а от Тома – весточку. Как на маркетплейсе ей удалось урвать отпадные кроссовки за бесценок, а в книжном – закупиться на год вперед с сумасшедшей скидкой. И музыкальный сервис сегодня будто в душу ей влез и основательно там покопался: шикарные песни звучали буквально одна за одной, каждая следующая лучше предыдущей! И на пилоне «рогатку» сделала, и треск в наушниках самоубился, и мама подозрительно добродушна, а на улице прекрасное лето: не жарко, не холодно – в самый раз. Хотелось петь! летать! танцевать! Юля не столько слушала – хотя слушала, конечно, куда ей деваться? – сколько косилась в сторону парковки. Ульяна недоумевала, что же такого интересного подруга там узрела: площадка была абсолютно пуста, и лишь в дальнем ее углу происходило какое-то шевеление. Сосед возился со своим железным конем, параллельно болтая с незнакомым парнем. Точнее, если судить по хмурым бровям Егора, которые за версту было видать, это с ним болтали, а не он. Абсолютно ничего примечательного: взлохмаченного, сосредоточенно ковыряющегося в своей «Ямахе» Чернова она имеет удовольствие наблюдать из окна через день. В общем, Уля глянула разок и вернулась к рассказу. А вот Новицкую картина явно поглотила, о чем говорил ее раздающийся невпопад смех. — Так и что тебе твой буквоед написал? – провожая взглядом высокого брюнета, только что отиравшегося рядом с «Ямахой», а теперь куда-то намылившегося, уточнила Юля. Она как всегда: столько новостей, а ее интересуют только мужики, словно на них свет клином сошелся! Даже обидно иногда, честное слово. |