Онлайн книга «Соседи. Книга 1»
|
Человека. Такое странное чувство – слышать, как кто-то говорит твоими мыслями. Теряешься. Напрягаешься. Но тема слишком интересна, чтобы соскакивать с нее на любую другую. И вообще, подобные заявления требуют уточнений. Ну не совсем же они с ней одинаковые? Так попросту не бывает. — Почему на несбыточном? – осторожно поинтересовался Егор. — Не везет, – прикусила губу Ульяна. – Вот просто не везет! Наверное, в каком-то смысле так же, как тебе, но… по-другому. Юлька говорит, что такими темпами я… Раздавшийся звонок не дал ей выразить мысль. Вытащив из кармана телефон, Уля воскликнула: «О! А вот и Юлька. Прости!» Приняла вызов, метнула в него еще один извиняющийся взгляд и отошла на пару метров. Момент упущен. Егор вроде бы и понял, но не понял ничего и стоял теперь озадаченный в ожидании, когда она наболтается. Достал сигареты – охота перекурить. Во-первых, он бы с большим интересом послушал, что там Новицкая ей втирает про «темпы». Во-вторых, каким именно образом Ульяна пришла к поразительному в своей точности заключению, что ему не везет? Когда только успела? На основании чего? И наконец, в-третьих: что значит «по-другому»? Очередность обозначенных пунктов никак не связана с важностью поставленных вопросов. Впрочем, они все равно уже пришли. Жаль.
XX. Они — Только не говори, что вы до сих пор в тазике моетесь! С чайничком! – прыснула Юлька, откидываясь на спинку скамейки и с наслаждением потягиваясь. В квартире этой счастливицы основательный ремонт был сделан стараниями ее родителей лет семь назад. Человек стал обладателем водонагревателя на пятьдесят литров, палец о палец не ударив. И сидит ржет теперь. Ульяна вздохнула: вообще-то именно это она сказать и собиралась. В маленькой ванной Ильиных место для гигантского бойлера изыскать решительно невозможно, так что только тазики, чайнички и кастрюльки и остаются. Та еще пытка для девушки с «косой до пояса». И не последний, кстати, аргумент в пользу того, чтобы рубануть шевелюру свою по плечи. — Ну а что ты мне предлагаешь? – недобро косясь на Новицкую, фыркнула Уля. – Не мыться? Такие вопросы при парнях обсуждать – это вообще ни в какие ворота! А парни присутствовали. На противоположной стороне лавочки, закинув ногу на ногу, сложив руки на груди и с интересом следя за ходом этой бестолковой беседы, восседал Вадим. «Заскочил на минуточку». «Извиниться». Минуточка обернулась тридцатью, а нормальных извинений Уля так и не услышала. Пробурчал себе под нос что-то о том, что перепил, вот и померещилось всякое, и на этом поставленную себе задачу посчитал выполненной. Букетик пионовидных роз, которым Стрижов пытался ее задобрить, пока мирно возлежал на лавке между ним и Юлькой, но судьбу цветов Ульяна уже мысленно определила. Урна, потому что при взгляде на них эмоции поднимались исключительно негативные. Ну, на худой конец Новицкой отдаст, та не погнушается. — Этому дому не хватает собственного домовенка Кузи[96], – растянула губы в усмешке Юля. – Чумазого такого… Уле отлично известна причина приподнятого настроения Новицкой. Последние дни Юльку пробило на откровения, и Ульяна, вспомнив вдруг о своей роли лучшей подруги, покорно ее исполняла, давая той возможность болтать о личном сколько влезет. Да, голова была забита совершенно другим, но… Но, кстати, неплохо отвлекало. В общем, у причины имелось имя – Андрей. Аж десять дней уже у них. Рекорд! Каких-то десять дней, а Юльку не узнать: глаза горят, рот не закрывается, с лица не сходит мечтательная улыбка. Кажется, еще чуть-чуть – и у кого-то меж лопаток крылышки прорежутся, и этот кто-то вспорхнет с лавки и улетит в дальние дали, прямо как сама Ульяна месяцем ранее. Между их с Новицкой ситуациями – пропасть, но Уля искренне за Юлю рада: последний раз она ее такой светящейся видела на третьем курсе института, когда Юлька позволила себе влюбленность. Увы, там с парнем не сложилось, и подруга резко вернулась к прежнему, чуть потребительскому, подходу. Казалось, уже навечно. Ан нет. |