Книга Школа. Питер. Любовь, страница 137 – Саша Керн

— Что «тоже»? – хмыкнул он. – Думала, что я тоже скучный?

— Дурак ты, Кравцов, – буркнула и попыталась выдернуть руку.

Но он не отпустил, а наоборот, мягко притянул меня ближе, обхватывая за талию. Его холодная от воды ладонь скользнула к моим волосам, убрала прядь с лица. Я же стояла неподвижно, опустив руки по швам, совсем забыв про палец и ожог.

Он изучал меня внимательно, долго и так томительно, до дрожи, что я уже сама была готова наброситься на него с поцелуями. Но тут его взгляд опустился к губам, и я, не успев вздохнуть, почувствовала поцелуй. Его губы касались моих осторожно, нежно, почти несмело, будто он боялся, что я его оттолкну. Мир сузился до этого мгновения, остро давая ощутить его дыхание с привкусом капучино, его крепкие руки у меня на пояснице, звук всё ещё льющейся воды, электрического покалывания в пальцах от желания обнять в ответ и больше никогда не отпускать.

Поцелуй стал глубже и увереннее, когда Макс понял, что я отвечаю. Он прижал меня ближе, и я впервые поняла, что такое раствориться в человеке и чувствах. Его губы были горячими и настойчивыми, а мои неуверенными, но жадными. Я чувствовала, как прилила кровь к щекам. Так Макс меня ещё не целовал, мне казалось, что я падаю в пропасть, поэтому схватилась за его плечи, сминая ткань куртки.

Мы оторвались друг от друга, только когда воздуха перестало хватать. Макс смотрел на меня, а в его глазах кувыркались озорные бесята, устраивая там танцы у костра. Он тяжело дышал, а потом улыбнулся.

— Я, конечно, тоже скучный. Но скажи это ещё раз…

Его взгляд вдруг замер на мне, а с лица исчезла маска, которую он всегда носил. Я смутилась, опустила взгляд, но тут же поняла, что вот он тот самый момент, ради которого позвала его к себе.

— Я люблю тебя, дурак.

— Не дурак, а Максим… – шутливо поправил меня он.

— Максим… – повторила я и спрятала лицо у него на груди.

Шесть месяцев спустя

Май выдался в этом году холодным и дождливым. Вместо того чтобы гулять по красивому весеннему городу, хотелось сидеть дома, читать или смотреть какие-то сериалы. А вот июнь с первых дней радовал ярким солнцем, тёплой погодой и возможностью переодеться в футболки и шорты. Праздничные июньские дни тоже обещали быть жаркими – и не только из-за погоды, а потому, что моя мечта всё-таки осуществилась. Мы склассом собирались в поход.

Я торопливо складывала в рюкзак то, что ещё не успела впихнуть: термос, сушки, тёплый плед. Молния еле застегнулась.

— Подожди, – мама зашла в комнату с небольшим пакетом в руках. – Вот, возьми обязательно.

Насторожённо прикинув, что там могло бы быть, протянула руку и взяла непонятные вещи.

— Купила у бабушки в переходе. Она говорила, что они очень тёплые. Я теперь каждый раз боюсь, что ты заболеешь и…

— Мам! – я обняла её. Да, моя ангина всех напугала, но это было зимой, а сейчас за окном жарило летнее солнце. – Июнь, какие носки?

Мама посмотрела на меня так, что спорить было бесполезно. Пришлось запихнуть носки в набитый рюкзак так, чтобы он не лопнул под чутким и участливым маминым взглядом.

— Даже если вы и будете спать вместе с Максом, всё равно ноги нужно держать в тепле. Так мне бабушка та сказала.

Я чуть не свалилась, засовывая ногу в кроссовку. Вот, значит, что родители о нас думают! А между тем Максим ко мне так нежно и трепетно относился, говорил, что уважает меня, моих родителей и вообще, что у нас вся жизнь впереди…