Книга Школа. Питер. Любовь, страница 66 – Саша Керн

Василиса же достала из чехла свою гитару. Я знала, что она играет, мы даже пели под её аккомпанемент на концерте после вручения аттестатов за девятый класс, но не думала, что она потащит гитару с собой в Петербург. И только проводница попросила всех провожающих покинуть вагон, как Вася уселась поудобнее недалеко от Насти и спросила:

— Что споём?

Ксю махала рукой бабушке и маме, я тоже махнула им в порыве общих чувств, и вскоре поезд тронулся. Ксюша обняла меня в знак благодарности за то, что смогла уговорить её родителей, а Василиса запела песню, которую мы не ожидали от неё услышать:

На Тихорецкую состав отправится,

Вагончик тронется, перрон останется.

Стена кирпичная, часы вокзальные,

Платочки белые, платочки белые… 19

Пела она хорошо, немного с хрипотцой, в груди что-то волнующее шевелилось и ликовало. Я чувствовала – вот оно, настоящее приключение.

Ребята из соседних купе заглядывали, останавливались у двери и подпевали Васе. Потом она заявила, что нужно спеть что-то более современное, и запела:

Мы встретимся с тобою у первого подъезда,

Паролем будет просто «Как дела?»

Ты мне сказала, будешь одета как невеста,

А я надену галстук для тебя…

Я смутилась, вспоминая, с какими событиями связана композиция, но, подняв взгляд, увидела Макса, который стоял возле нашего купе, и улыбнулась ему. А он пропел одними губами беззвучно:

Для тебя всё это чудо,

Для тебя всё это мило,

На тебя глазеют люди,

На тебя летят витрины…

19«На Тихорецкую состав отправится» – песня Михаила Львовского на музыку Микаэла Таривердиева. Широкую известность приобрела после выхода телефильма «Ирония судьбы, или С лёгким паром».

Незаметно в наше купе набилось такое количество одноклассников, что я оказалась с одной стороны прижатой к Ксюше, которая заняла местечко у окна, а с другой – к Максу, он остался после нашей песни. Рядом с ним, откинувшись на спинку, устроился Егор, дальше на краешке ютился Шутов, который подпевал чуть ли не каждой композиции. Напротив нас в уголке тихо устроилась Настя – она уже зевала, с надеждой поглядывая на всех, будто размышляла, через какое время одноклассники разойдутся, но ничего не говорила. Иногда она посматривала в окно на мелькающие за ним фонари и тоже тихонько повторяла слова песен.

Не помню, как в купе попала Колосовская, но она тесно прижала Настю и обняла пристроившегося рядом Фролова. С другой стороны от него расположилась Алина – куда же без верной подданной, – ну и Василиса с гитарой. Алина ей ужасно мешала, но уходить не собиралась. В дверях толпились другие одноклассники: Глеб, Даша, Матвей. Кто-то держался за косяки дверцы, заглядывая в купе, а кто-то расположился в коридоре напротив у окна. Всем хотелось послушать, как поёт Вася.

Было тесно и душно, но как-то уютно и здорово – о таком я и мечтала, когда думала, что поездка сможет сдружить класс, объединить нас и сделать лучше. Все постепенно стекались на музыку к нашему купе.

— Ребята! – Галина Николаевна протиснулась между одноклассниками и заглянула к нам. – В десять тридцать все по местам. Давайте начнём наше путешествие не с обвинений в нарушении тишины и порядка. Договорились?

— Да-а-а-а! – протянули мы дружно хором.

— Василиса, как хорошо ты поёшь, – заметила учительница и прошла дальше. Мне показалось, но у одноклассницы порозовели щёки, когда она начинала новый куплет. Хотя, возможно, это было от духоты.