Книга Неидеальный спор, страница 34 – Саша Керн

— Слушай, я не знаю, что у тебя там было в старой школе, и я не хочу на тебя давить.

Я уже пытался сказать что-то дальше, но она опять прервала.

— Матвей тоже хочет встречаться. Как будете делить?

Жёсткость в её голосе никуда не пропала.

Я сглотнул, вытащил руку с комочком бумаги из кармана и попробовал попасть им в урну, стоящую у противоположной стены холла. Промахнулся.

— Выбери сама, – наконец ответил я таким же тоном.

— Мне не нужны отношения, – отрезала она.

Я затолкал руки в карманы брюк и прошёлся вдоль дивана, выглядывая в коридор, где делал вид, что не подслушивает, Гарик. Подмигнул ему и повернулся опять к Вике.

— А как же твоя глобальная цель «мир во всём мире»?

— Ты шутишь? Я же прикалывалась над тобой, – наконец улыбнулась она.

— Но говорила ты серьёзно. И эта мысль, что мир будет, когда все станут счастливы…

Она молчала в ответ, и я понял, что мне удалось её зацепить или хотя бы дезориентировать.

— А чтобы каждый человек стал счастлив, нужно начать с себя. Вот мы и попробуем сделать друг друга счастливыми.

— Ты придурок, Астахов?

— Почему? Я просто предлагаю тебе сделать шаг к «глобальной цели Гончаровой».

Теперь она действительно рассмеялась, а у меня что-то шевельнулось в груди, будто тот самый смятый в шарик листочек затрепетал и немного расправился.

— Я попытаюсь сделать всё, чтобы попасть в твою команду, – улыбнулся я, продолжая паясничать.

— Какую команду?

— У тебя же должна быть команда, которая помогает двигаться к цели.

— Никит, хватит издеваться.

— Нет, Вик, подожди. Ты меня испытай. Кастинг проведи. Если пройду, будем встречаться, – кажется, ей нравилась эта дурость, что пёрла из меня сейчас.

Зазвенел звонок, но мы не сдвинулись с места.

— Хорошо, я подумаю, – наконец сказала она, улыбаясь. – Но и Матвей тоже примет участие в испытании.

Улыбка сошла с моего лица, но я тем не менее ответил:

— Отлично.

Хотел я того или нет, игра всё равно началась.

Сентябрь – октябрь 2018 г. Вика

Скажете, лгать легко? Ничего подобного.

В первый раз, может быть, и легко, когда пытаешься казаться такой же, как все. Я лгала в детском саду, чтобы казаться такой, как все. Говорила, что папа часто уезжает в командировки, поэтому никто в саду его не видел. Потом врала в первом классе, рассказывая, что папа капитан дальнего плавания, поэтому я его не вижу почти весь год. Ложь окружала всё моё детство, ведь мама думала, что делает как лучше, придумывая новые истории о моём отце. И когда сестра вскрыла правду, рассказав о славном бандитском прошлом папаши, с которым мама познакомилась в баре, о том, что он исчез сразу после моего рождения, мне не хотелось в это верить.

Я предпочитала думать так, как рассказывала о нём сама. Врать об отце, врать о том, почему опоздала в школу, почему прогуляла уроки, почему не выучила новую гамму, почему не пришла на вокал, было легко. Иногда я выдавала ложь за правду, даже не понимая, что делаю это. Лгала Руслану о том, что я такая опытная, что всё знаю и умею, хотя делала это впервые. Врала, пока не пришлось рассказать, что я всё выдумала о своём большом опыте, тогда он бросил меня. Сказал, что не связывается с девственницами, что это слишком большая ответственность, что мы неплохо развлекались, но на этом всё.