Книга Искорки между нами, страница 38 – О. Чжун

— Господин Квон! Сейчас пойдут совместные кадры, вернитесь, пожалуйста! — крикнул фотограф. А потом глаза мужчины стали походить на большие круглые монеты. — Вы чтооооо-тооооо едите?!

Акцент у европейца при этом вышел забавный, Суджон не сдержала улыбки. Актер пропустил мимо ушей негодование мужчины. Его внимание привлекла ее рука. Она больше чувствовала, чем видела насупленный взгляд, направленный на покраснение от ожога.

— У вас пятнадцать минут, чтобы завершить фотосессию, — обратился Квон Сухо к фотографу, когда резко развернулся и направился к натянутому полотну и замершей там в неестественной позе Чхон Юне.

Глаза мужчины стали еще больше. Теперь они выглядели не как монеты, а как блюдца.

— П-п-пятнадцать?!

— Верю, что вы справитесь.

Фотограф тяжело сглотнул и неуверенно кивнул. Фотосессия продолжилась. Суджон осталась на месте понаблюдать за процессом. Чхон Юна все время крутилась вокруг Квон Сухо, надеясь стереть малейшие сантиметры между их телами. Он же позировал расслабленно и спокойно, не прикладывая сил, но при этом у него всё получалось красиво. Суджон нравился его образ, легкая улыбка со слегка приподнятыми уголками губ, уложенные на одну сторону волосы. Не зря она приняла Квон Сухо за чеболя в каком-нибудь третьем поколении при первой встрече.

Вскоре до Суджон пришло осознание того, что она простояла, пялясь только на своего непосредственного начальника. Следом возникла неловкость. Она пошла за Бонго, чтобы вспомнить о своих обязанностях и поскорее сбежать с ним отсюда. От скопления людей Суджон начала уставать, а растущая симпатия к Квон Сухо пугала.

Бонго быстро понял, что от него требуется. Он покорно дал пристегнуть к ошейнику поводок и тихонько последовал за Суджон. Видимо, псу надоело попадаться всем под ноги и не получать должного внимания. К тому же на хорошее отношение не многие были способны.

Очутившись на улице, они направились к зеленой зоне на территории жилого комплекса. Суджон решила не идти в парк. Из-за фотосессии и мельтешащих туда-сюда людей по апартаментам ей не удалось переодеться в спортивный костюм и сменить обувь. К хорошему она привыкла быстро, теперь пришлось вспомнить, каково это — выгуливать Бонго в неудобном деловом костюме и на каблуках. Ее радовало то, что он тоже не рвался в сторону набережной.

— Ты сегодня подозрительно послушный, — рассмеялась Суджон, присаживаясь перед Бонго на корточки и отстегивая поводок, чтобы дать псу порезвиться на газоне. — Далеко не убегай.

Сама же девушка подставила лицо теплым солнечным лучам. Ей очень хотелось, чтобы такая погода, как сегодня, задержалась. Без сильных ветров и духоты было комфортно. Может, она уговорила бы отца пораньше закрывать лапшичную и устраивать прогулки на свежем воздухе. Ей казалось, что он слишком измотался за последние дни, а ее помощь в лапшичной по вечерам и в выходные не вносила коррективы.

Тем временем Бонго пытался поймать зубами бабочку. Периодически он отталкивался лапами от земли и забавно подпрыгивал, но после каждой неудачной охоты кубарем катился по газону. Зеленые пучки травы уже повсюду покрывали шерсть, и раздосадованный пес вдобавок тратил силы на то, чтобы ее скинуть.

— Эх ты, охотник. — Суджон подошла к нему и помогла почиститься. — Когда я разрешила побегать без поводка, то не думала, что верну тебя хозяину зеленым как вакамэ^[18].