Книга Минута до Бруклина, страница 133 – Марк Алонский

— Этот Крис может изменить нашу жизнь. Я подумал об этом сразу, как только его увидел.

— Точно может, — согласился Ник. — И сделает это.

Для Ника возвращение Криса было билетом в «мужской» рай. Девчонки и выпивка, выпивка и девчонки. Для меня его возвращение означало бы, что я точно смогу докричаться до Евы. Я так хотел, чтобы она услышала, чтобы ВСПОМНИЛА.

(допустим, вспомнит. а что потом?)

(просто пусть снова появится в моей жизни)

Ник передал мне сигарету, я затянулся.

— С того дня, как он забрал записи, я вообще не перестаю нервничать, — продолжал откровенничать брат. — Хоть бы срок назвал, сколько ждать ответа.

— Не думаю, что долго, — сказал я, мысленно подсчитав, что с того дня минуло больше недели.

— Как назовем альбом? — спросил Ник, растягиваясь на досках рядом.

— Не думал.

— Давай «Последняя надежда».

Я прыснул, подавившись сигаретным дымом, и закашлял. Ник расхохотался.

Мы заснули на чердаке под нарастающие вопли снизу. Доллис клялась кого-то убить, спускаться к кроватям было невыносимо лень. Засыпая на деревянном полу, я успел подумать, что завтра не разогнусь.

* * *

Крис приехал спустя три недели с нашей последней встречи. Он зашел в гараж в тех же красных кедах, широко улыбаясь, и я сразу понял, что это — все. ВСЕ. Эта улыбка означала, что наши жизни должны были начать следовать другому сценарию.

Крис приехал с помощниками, которые наверняка были родственниками — все на одно лицо. Он пообещал, что вместе они утрясут все проблемы за пару дней, а нам просто нужно собрать с собой все необходимое. Домой, как он сказал, нам не скоро захочется.

Вдвоем с Ником мы собрали только одну спортивную сумку.

Я ожидал проблем со школой, с Доллис, но Крис, как и обещал, решал все проблемы как по взмаху волшебной палочки. Доллис он, видимо, щедро заплатил. Тетка впервые улыбалась нам с Ником так, словно мы были ее самыми любимыми племянниками. Дальше началась возня с кучей каких-то разрешений. В бумажной волоките я ничего не понимал.

На что похожа мечта, перетекающая в действительность?

На тебя самого, смущенного, робкого, намеренно отпирающегося от окружающих, сообщающих светлые и невероятные новости. Они говорят тебе: «Теперь все изменится!», а ты вяло споришь, охваченный внутренней агонией — только бы они продолжили переубеждать тебя. И они переубеждают, и тебе так не хочется, чтобы это заканчивалось.

Сбывающаяся мечта — это процесс пересечения границы, где ты — контрабандист.

Сбывающаяся мечта — это струя из садового шланга на твое разгоряченное тело, напомнившая тебе, вялому и сонному от жары, что ты живой и счастливый.

Сбывающаяся мечта — это словно Я снова прикасаюсь к ТЕБЕ, Ева.

* * *

Крис был богом всего доброго и светлого. Его солнце сожгло целлофановый пакет на моей голове, не тронув лицо. Оно испепелило Луироса, перекинулось на Пола, Бена и Райли, я видел, садясь в двухэтажный автобус, как с костей моих бывших одноклассников кожа, вперемешку с мясом, стекает бурой кашицей.

Я был так счастлив.

Когда мы залезли в новенький автобус, мне захотелось в нем поселиться. Крис поехал отдельно, подмигнув на прощание: «Скоро увидимся, парни!» Я очень надеялся, что мы будем в пути несколько суток. Мне хотелось впитать в себя ночную дорогу и каждую зашкаливающую эмоцию.