Книга Медведь по завещанию, страница 132 – Екатерина Полянская

Процесс восприятия новой информации в мельчайших деталях отражался на красивом лице. Вопрос, шок, недоверие, облегчение… потом Бьянка очаровательно нахмурилась.

— Тогда мне повезло, что тебя не тянуло к какой-то незнакомой медведице, – наконец проворчала она.

— Человеческая составляющая в нашей с медведем связке была моя, а за выбор пары отвечает именно она, что бы там кто ни говорил, – объяснил, как сам понимал, Ник.

В вопросе оборотней он теперь разбирался настолько, что хоть научный трактат пиши. Но писать не хотелось.

— И что, медведя больше не будет? – допытывалась Бьянка.

— А ты скучаешь? – поддел жену Ник.

— Немножко…

Она невинно взмахнула ресницами.

— Мое тело и дар запомнили, как превращаться, думаю, при необходимости я смогу это проделать. Но проблем из-за этих оборотов больше не будет.

Бьянка умиротворенно вздохнула. Объяснение ее вполне устроило.

Нику и самому оно нравилось.

Магия иногда бывает несправедлива. Взять того же Моарта Глэда, который столетия расплачивался за то, что сделал его дед. И сам Ник пострадал, но благодаря этому он оказался в правильном месте, с правильными людьми, и дальше все обещало идти как надо.

Чай был еще слишком горячим, чтобы его пить, так что какое-то время супруги переваривали новую информацию.

От пара, поднимающегося над кружками, внимание обоих скоро сместилось к виду за окном: Том с огромным букетом роз звонил в дверь Иззи, но впускать его ведьма не торопилась. Засмотревшись на зрелище, Бьянка, похоже, что-то слишком ярко почувствовала, потому что с ее пальцев сорвались искры, и… кружка разлетелась бы вдребезги, если бы Ник не успел выпустить поглощающее заклинание.

— Ой… – смущенно пискнула его домашняя ведьма.

Ник приманил к себе небольшую сферу с заключенными в ней искрами и подкинул ее на ладони.

— Оставлю на память. Твои первые самостоятельные чары.

Одно удовольствие наблюдать, как она смущается.

А потом в ее глазах вспыхивают счастливые огни и сменяются самым настоящим пламенем…

Прошло полтора месяца.

Зима в Глэдшире выдалась дождливая и без снега. Каждый день под грохот крупных капель по стеклу и чавканье раскисшей земли под ногами я все сильнее ждала весны и цветущих магнолий. Впрочем, унылая картинка за окном теперь была единственным неприятным моментом в жизни.

Из фамильяров в доме сейчас оставались новые малыши аргра – те же щенята, только с рожками и способностью воспламеняться, и моя тьмушка. Ее попытались изъять на следующее утро после того, как я обнаружила в себе ведьминские силы. Помню, я так перепугалась, что до всех объяснений наколдовала кому-то порчу. Извинилась, конечно. Потом пришла Иззи и всем непонятливым объяснила, что для ведьмы колдовать порчу – естественно и даже правильно. Наша сформировавшаяся и окрепшая связь с фамильярой вдруг оказалась законной и нерушимой, и столичным поборникам строгих правил пришлось убираться в свой портал ни с чем. Какое-то время они меня недолюбливали, но потом им понадобился монстролог, готовый взять к себе двух огнеопасных аргрят, и хрупкий мир был восстановлен.

Малыши, кстати, вели себя прилично и если и плевались искрами, то друг в друга, чтобы потом их впитать. За три недели немного пострадали только перила лестницы на второй этаж, но мы с Ником давно научились относиться к подобным происшествиям философски: что-то в доме давно пора обновить.