Книга Чайный бунт, страница 117 – Кейси Блэр

Дэниел собирается с духом, чтобы прикоснуться к заварнику, и делает это с большим трепетом. Словно не верит, что может взять в руки нечто столь уникальное. Наконец я забираю заварник обратно, снова улыбаясь удивленному выражению его лица.

— Я никуда не денусь, – повторяю я его слова. – Но позволь подать тебе чай.

Я начинаю, медленно входя в последовательность действий для церемонии.

С самого начала она не такая, как обычно. Не могу понять, в чем именно. Стараюсь сосредоточиться на каждом движении, доводя его до совершенства, хотя несколько раз ошибаюсь. Дело не в незнакомой посуде, а в волнении, в давящем желании подарить Дэниелу такой же дивный опыт, насколько дивен он сам. Но я не уверена, что мне под силу помочь ему испытать эти эмоции.

Завершая церемонию, я все еще чувствую те же радость и волнение, что и в начале.

Дэниел отпивает чай, не глядя на меня. Я сижу смирно, не зная, что сделать или сказать. А мастер Карекин думал, что мне не нужно учить этикет для чайных мастеров. Ха!

Я уже готова выпрыгнуть вон из кожи, как Дэниел поднимает свой взгляд на меня. В его глазах по-прежнему отражаются тепло, восторг от заварника-дракончика и странный намек на… грусть? Прямо как когда он не мог поверить, что стал свидетелем магии.

— Мияра, – говорит Дэниел. – Я честно не знаю, что сказать. Это было великолепно. – Благоговение – вот что выражало его лицо. – Я и не представлял, что чайные церемонии могут быть такими, – продолжает он. – Я знал, что ты хороша, но, Мияра, это…

— Не так уж и хороша. – Мое выступление не заслуживает его похвалы, и мне неловко принять ее из его уст. – Я ошиблась в нескольких движениях, и поток прервался…

— Не смей говорить подобное. – Дэниел так строго обрывает меня, что я ошарашенно замолкаю. – Разве не ты сказала, что мои неидеальные чашки великолепны?

— Я не об этом, – говорю я, потирая запястья. – Впечатления должны оставаться безупречными.

— Они безупречные. – Дэниел пристально смотрит на меня. – И частично именно из-за твоих ошибок. Послушай, я не так хорошо разбираюсь в чайных церемониях, как ты, но я разбираюсь в искусстве. Если переусердствовать с техникой, страдает искусность.

— Но технику можно контролировать.

Он ухмыляется:

— Да, и она важна. Но в идеально выполненное изделие или безупречную подачу не вкладывают столько души. Техника – каркас для твоего искусства, но без души он пуст. И люди всегда это чувствуют.

После его слов я понимаю, что он прав. Что касается недочетов в технике… надо стремиться их не допускать, но церемонию портят не они. А значит, их исправление не улучшит ее.

— Не уверена, что мне от этого легче.

Дэниел скромно улыбается:

— Тогда мы все же сможем сделать из тебя профессиональную художницу.

У меня вырывается то ли вздох, то ли смешок, и я отпиваю из своей чашки. Лорвин была права: его вкус очень близок к вкусу традиционной смеси «Голубой дракон». Мы сидим и молча пьем чай, смотрим друг на друга и просто существуем, когда начинается дождь – а затем и настоящий ливень.

Над головой раздается глухой стук, и Дэниел строит гримасу.

— Прости, мне надо пойти проверить, правильно ли стоит тазик. – Он выглядит смущенным. – Во время сильных дождей протекает крыша.

— Боюсь, дело не в этом. – Теперь смущаюсь я. – Мне очень нравится проводить с тобой вечер, но могу ли я попросить впустить моего охранника?