Книга Чайный бунт, страница 49 – Кейси Блэр

Но он резко спрашивает:

— Уборки?

Ой.

Я снова кланяюсь:

— Как я понимаю, комната для церемоний не использовалась некоторое время. Я не сомневаюсь, что милостивая Талмери подготовила ее заранее, но я не знала, что вы прибудете так скоро, и не успела проверить сама. Примите мои искренние извинения.

— Так вы не видели комнату?

— Мастер Карекин, я проводила там чайную церемонию для милостивой Талмери вчера утром. Тогда я использовала экстракт алойи, чтобы сделать атмосферу сносной, но не сказала бы, что осталась довольна.

Он едва заметно хмурится. Это первая эмоция, которую я у него наблюдаю.

— Ясно. Тогда оставьте дверь открытой и проветрите все хорошенько. Мы начнем с устной аттестации.

Мы садимся, в чайной почти так же тихо, как в вечер моего знакомства с Лорвин. Поразительно, сколько физического и эмоционального шума мы все производим. Я прикрываю глаза на секунду, внимая едва ли не осязаемой тишине, чтобы сохранить внутреннее спокойствие.

Открываю, и мы начинаем.

И я тут же заваливаюсь. Кое-что я знаю, потому что росла в дипломатической среде и обучена дегустации.

Но я не умею судить о качестве чая на разных стадиях производства: хороши ли кусты, как правильно заворачивать листья. Я не знаю полезные свойства чаев, только самых основных; не знаю, почему для заварки одного используется такая температура, а для другого – иная и как на чай влияют различные добавки. Я знаю, что вкус чая зависит в том числе от материала заварника, и могу сказать, какой лучше, но не всегда понимаю почему. Я должна выучить историю всего чая на свете, постичь разные техники заваривания и производства, а еще преимущества каждого метода. Должна уметь математически вычислять, сколько листьев нужно на каждую чашку, но не позволять точным знаниям идти наперекор моей интуиции.

Очень странно находиться на границе с Катастрофой и отвечать на вопросы касаемо чайных традиций, зародившихся в далеких местах, которых, как известно, больше не существует. Я столько всего не умею, что едва ли осознаю масштабы своего незнания.

За все время быстрого строгого опроса мастер Карекин никак не выразил своего мнения обо мне, разве что выказал то же нетерпение, которое чувствовалось в нем с самого начала. Но мне кажется, что с каждым ответом дела у меня все хуже.

Наконец мы приступаем к чайной церемонии. Я решаю не думать о том, какой эффект производят мои волосы, особенно при движениях, – мастер не обратил внимания на это, и я не буду.

Что касается церемонии, даже сейчас я уверена в себе. Я проводила их для чайных мастеров, представителей королевских династий, и если мастер Карекин решит отказаться от моего обучения, то точно не из-за практической части.

Когда мы заканчиваем, я выжата как лимон и мастер говорит совсем не то, что бы мне хотелось услышать.

— Итак. По крайней мере, вы можете пропустить обучение политологии и этикету. – Я хмурюсь, он закатывает глаза. – И вы совершенно точно та самая Мияра, которая на днях сбежала из королевского дворца. Думали, я вас не узнаю?

У меня замирает сердце.

Я так переживала за экзамен, что не предвидела эту опасность. Удивительно, но у меня еще остались силы паниковать.

— Вы отошлете меня назад? – шепчу я, преодолевая внезапный спазм в груди.

— Не говорите глупости. – Первый раз в его голосе звучит раздражение, даже язвительность. – Я не подчиняюсь вашему правительству, а если бы подчинялся, то, как чайный мастер, лишь своей гильдии. Меня не волнует, ведьма вы или сама королева-мать. Либо вы разбираетесь в чае, либо нет, все остальное меня не интересует. Я упомянул это, только чтобы честно обсудить то испытание, с которым вы столкнетесь во время обучения на чайного мастера. И этикет тут меньшее из зол.