Книга Последний принц, страница 39 – Эстер Пак

— Отлично! Раз Канюль за, в путь!

Даже под палящим солнцем стрекот цикад не умолкал – резкий, пронзительный. Ручей располагался неподалёку. В его неспешном течении кто-то оставил охлаждаться пару арбузов и дынь – они лениво покачивались на воде, словно ждали, когда их найдут.

Вода оказалась кристально чистой. Хотя ручей был неширок, места хватало, чтобы деревенские дети могли вдоволь наплескаться. Из кустов доносилось кваканье лягушек, прерываемое стрекотом кузнечиков. Над водой мерцали стрекозы, изящно скользя в жарком воздухе. Свежий, влажный запах резко ударил в нос дуновением прохлады в этом душном мареве.

— Ух ты… – тихо выдохнул Санён и первым сиганул в воду.

Всплеск разлетелся во все стороны, и прохладные капли, серебристо сверкая, поднялись в воздух.

— Действительно освежает! Заходите скорее! – крикнул Санён, махнув рукой.

Чонха, похоже, тоже больше не мог сдерживаться – он шагнул в воду, двигаясь, впрочем, куда спокойнее и сдержаннее, чем его друг.

— Канюль, ты тоже давай! – позвал Санён.

Он зачерпнул воду ладонью и плеснул в её сторону. Холодные капли попали на тыльную сторону её руки, и по коже пробежал лёгкий озноб. На губах Канюль появилась тихая, искренняя улыбка. Она приподняла подол юбки и закрепила его ремешком, чтобы не намочить.

— Приготовься! – сказала Канюль.

Сняв обувь, она босиком вошла в ручей и со всей силы окатила Санёна водой. Его светлые волосы моментально промокли до самых корней.

— Эй! Ну это уже слишком! Я же тебя пощадил, даже одежду не задел! – вскрикнул Санён.

— Санён, ты ведь сам начал. Значит, должен был ожидать ответную атаку, – ответила Канюль с невинной улыбкой.

— Что? Ну, тогда держись! – воскликнул Санён и бросился к ней.

Но стоило ему повернуться спиной, как Чонха, не упуская случая, с силой окатил его водой.

— А-а-а! – закричал Санён.

Теперь он походил на промокшую мышь. Юноша провёл рукой по прилипшим к лицу волосам, а Чонха, смеясь, уже отбегал в сторону.

— Ким Чонха! – закричал Санён и, с шумом поднимая воду, кинулся вдогонку.

— Осторожно, упадёте ведь! – крикнула им вслед Канюль.

Но её, кажется, никто не услышал. Весёлая возня и шлёпанье воды заглушили всё вокруг. Канюль рассмеялась, глядя на бегущих друзей. Солнечные лучи играли на их фигурах, пробиваясь сквозь густую, ярко-зелёную листву. Каждый раз, когда Санён или Чонха вздымали воду, в воздухе на миг загоралась маленькая радуга.

Ничего, о чём следовало бы волноваться. На родине было бесконечно спокойно, и время, проведённое с самыми близкими людьми, дарило лишь радость. Канюль подумала, что, если она когда-нибудь захочет вспомнить это лето, перед глазами возникнет именно эта картина.

В тот самый миг незнакомый шорох коснулся её уха, и она встретилась с чьим-то взглядом.

— Что?.. – прошептала Канюль.

В кустах, меж переплетённых ветвей, застыла пара чёрных глаз. Пустое, ничего не выражающее лицо показалось ей смутно знакомым.

— Вы… – начала было Канюль, но договорить не успела: мужчина внезапно выскочил из зарослей и зажал ей рот ладонью. Всё произошло так стремительно, что Санён и Чонха едва успели броситься в её сторону.

— Не подходите! – выкрикнул мужчина.

Голос прозвучал резко, но в нём не было ни власти, ни силы. Канюль почувствовала, как истощено его тело, каким запахом от него веет – усталость, накапливавшаяся годами, бедствия, с которыми он жил бок о бок.