Книга Рабыня, страница 117 – Юлия Белова

Нина осталась стоять, глядя ему вслед. В её глазах — смесь жалости и бессилия. Она знала: никакие слова сейчас не пробьются сквозь броню, которую он воздвиг вокруг себя.

* * *

Анна шла, устремив взгляд вперёд, словно пытаясь прожечь им невидимую тропу сквозь море чужих глаз. Она изо всех сил старалась не замечать их — этих взглядов, тяжёлых, колючих, любопытных.

Не видеть, как удивление в глазах Магнеша медленно, но неотвратимо перерастает в холодную злость. Не замечать торжествующей улыбки Садише, жадного, почти хищного взгляда Повелителя, не читать в прищуре Бильшияр недобрых обещаний.

Но тяжелее всего было не замечать его взгляда — взгляда Ардэна. Тот словно прожигал её насквозь, оставляя невидимые раны. Она заставляла себя не оборачиваться, не искать его глазами, не думать о том, что он сейчас чувствует.

После поцелуя Одаша Садише лёгким взмахом руки отослала её прочь. Анна покорно опустила глаза и последовала за старшим евнухом. За ней, как тени, скользили девушки‑служанки — им предстояло проводить избранную в покои мензина и помочь подготовиться к ночи.

В узком, полутёмном коридоре их путь внезапно преградили.

— Мензин Магнеш, — склонился евнух. Анна, не поднимая глаз, повторила его жест.

— Оставь нас, — отрезал Магнеш, не отрывая пристального взгляда от девушки.

Евнух нахмурил брови, явно колеблясь.

— Господин, мы должны сопроводить избранную в покои мензина Одаша, — попытался возразить Табих Алаг.

— Ты слышал меня! — голос Магнеша прозвучал резко, почти рыком.

Евнух поджал губы, бросив на Анну недовольный взгляд — будто она была причиной всех его неудобств.

— Да, господин, — наконец склонил он голову.

Он дал знак служанкам отойти и сам отступил на достаточное расстояние — чтобы не слышать разговора, но не терять их из виду.

Магнеш приблизился к Анне. Она по‑прежнему стояла, опустив голову, словно её взгляд приковали к каменным плитам пола. Он молча смотрел на неё, и в этом молчании читалось всё: разочарование, гнев, недоумение.

— Ты знала? — голос его слегка дрожал от сдерживаемой злости. — Знала, что будешь дарована моему брату?

Какой ответ он ждал? Анна не знала. Магнеш нравился ей — пусть они встречались редко, но он всегда относился к ней с уважением, почти как к равной. В нём ещё не было той язвительной надменности, что пропитала многих обитателей дворца. Он ещё не был отравлен этим миром — как и она сама до того дня, когда в её дом вошёл Аджерхан.

И да простят её боги, но она не могла упустить этот шанс.

— На это место готовили другую девушку, — ответила она честно, не поднимая взгляда.

— Тогда почему танцевала ты? — он сощурил глаза, словно пытался разглядеть в ней то, что она так старательно скрывала.

Анна медленно подняла голову. Её взгляд встретился с его — прямой, спокойный, почти бесстрашный.

— А это, — произнесла она тихо, но твёрдо, — спросите у своей матери, господин.

Она обошла его — застывшего, нахмурившегося, не находящего слов. Подойдя к евнуху, она кивнула, давая понять, что готова продолжить путь. И они двинулись дальше, оставляя позади Магнеша — и вопрос, на который ни у кого пока не было ответа.

* * *

Одаш замер у дверей своих новых покоев — нерешительный, словно путник перед неизведанной землёй. Вся церемония выжала из него последние силы. Внимание, обращённое на него, нервировало, насмешки давно стали привычными, а отцовское равнодушие… Оно ранило каждый раз, несмотря на то что он знал: так будет.